Тот послушно замедлил ход.
— Что там? — тревожно спросил он.
— Хочу посмотреть, — ответил я, — останови, пожалуйста.
— Точно? — переспросил водитель. Но нажал на тормоза. Грузовик встал на обочине.
Я не ответил. Открыл дверцу и спрыгнул на пыльный, утрамбованный грунт. Потом двинулся вдоль борта грузовика, доставая ПМ, который заменил мне привычный тюрвинг перемещения.
За кустами был поваленный забор, а в глубине зарослей, в которых угадывался бывший огород, темнел покосившийся сруб. Там, за полу отвалившейся дверью, в темноте, что-то двигалось. И это нечто точно не было ходячим трупом — те вели себя совсем по-другому.
Я осторожно приблизился ко входу. Тут пахло свежим костром и, кажется, чем-то печёным. От мёртвых так точно не пахло.
Доставая фонарик, я зашёл внутрь. Посветил перед собой.
У завешенного плотными гардинами окна, на полуразвалившемся диване сидел мальчишка, лет десяти на вид. Он смотрел на меня огромными глазами, в которых было больше усталости, чем любопытства, удерживая на руках худого кота окраса табби. Кот тоже глядел на меня, недовольно топорща вибриссы.
— Привет, — сказал я, опуская луч, чтобы не слепить ребёнка.
— П-привет, — ответил мальчишка, — так вы наши, — улыбнулся он, — я так и думал! Вы военные, да? Или спасатели?
— Наши, конечно, — я улыбнулся в ответ и сделал два шага вперёд по скрипучим половицам; мальчишка подтянул ноги, ещё сильнее вжавшись в диван, — кто же ещё?
— Ну эти, натовцы, которые бомбы бросали. Мама говорила, они нас оккупировать хотят и буду ещё наземные бои.
Я тяжело вздохнул. Потом попытался снова улыбнуться.
— Мы не военные, — ответил я, — надеюсь, что военных вообще больше не осталось!
— Правда? — у мальчишки даже глаза загорелись, — спасатели, значит! Здорово!
Он встал с дивана и, не выпуская из рук кота, подошёл ко мне.
— Нам остальных вытащить надо будет. Танька испугалась вообще сильно! Поэтому ты со мной не ходи, ладно? А то она не выйдет. Она странная немного… ну, после того как… а Колька маленький ещё. И Димка с ими, и Светка, но…
— Подожди секунду, — перебил я, собираясь спросить, где взрослые, но осёкся, вовремя сообразив что к чему, — подожди. Тебя-то как зовут?
— Я Пашка, — ответил пацан, — а это Борька, — он приподнял кота, который возмущённо мявкнул, — Борька полезный, он крыс ловит. И белок. Белок мы жарить научились. Жалко, конечно, но жрать-то хочется. И Колька голодный был тогда…
— Ясно, ясно! — я поднял руку с ладонью, как бы успокаивая ребёнка, — ничего. Давай найдём остальных.
— Я сам пойду! — ответил Пашка, — а то разбегутся. Димка уверен, что вы враги, даже хотел засаду сделать. А вы спасать-то нас будете? Куда нас отвезут? Там есть вода, можно помыться и кормят, да?