Вернуться? Они же всё равно не отстанут, так? Будут искать со мной встречи ещё и ещё раз? Наверное, надо вернуться и поговорить? Но нет, как только я представил себе проливной дождь, который лупил мне по голове, плечам и спине, возвращаться тут же расхотелось. В конце концов, выбраться я мог и сам.

— Пушок, мы далеко от Москвы? — спросил я, поглаживая душеядную животину.

«Далеко? — проговорил он с сомнением, словно не совсем понимал, что я имею ввиду. — Твоими ногами часов пять-шесть. Тут — переместись и всё».

Живоглот всегда старался отвечать максимально просто, но из-за этого некоторые его фразы приходилось расшифровывать. Итак, если выйти в реальный мир, то идти часов пять-шесть. А в Лимбе можно было просто перемещаться. Но как?

Подумав, я всё-таки решил вернуться к похитившему меня человеку. Но только с одним условием.

— Как вы видите, ваши артефакты бессильны против меня, — проговорил я, выйдя из Лимба и наблюдая за беспомощно озирающимся человеком. — Так что, если хотите со мной поговорить, то давайте не в этом месте. Где-нибудь в сухом и уютном кафе, где я смогу выпить горячего кофе.

— Хорошо, — кивнул мне громила и сжал что-то в правой руке.

И мы оказались снова возле моего дома.

— И зачем всё это представление? — поинтересовался я, разведя руками. — Вы надеялись меня запугать?

— Мне нужно было понять, с кем я имею дело, — ответил мне мужчина и, приблизившись, протянул руку. — Саториус.

Я не стал пожимать протянутую мне руку, потому что на данный момент все действия мужчины были направлены против меня. Но выяснить, что он хотел, мне всё-таки хотелось.

— Зачем вы меня переместили? — повторил я вопрос, чуть-чуть изменив его. — Чего вы хотели от меня узнать?

— То же, что и все, — пожал плечами Саториус. — Где находится Тайнопись?

— Я не знаю, — в тон ему ответил я и развёл руками, — что я и отвечаю всем, кто за ней охотится. Не понимаю, почему вы пришли ко мне.

— Валерий, прыгун, которого вы каким-то образом победили, работал на нас, — доверительно проговорил мой похититель, следуя за мной в дом. — Он сказал, что положил артефакт вам, когда вы лежали на койке в больнице. Даже не так, — он понял, что говорит не то, что слышал, поэтому поспешил поправиться. — Он сказал, что сунул его трупу в карман. А потом труп ожил.

— То есть я? — мне было тяжело удержаться от ухмылки. — А вы не думаете, что он просто прикарманил вашу Тайнопись, а на меня решил свалить?

— Но он же даже не знает, что с нею делать, — проговорил Саториус с таким видом, словно подобная мысль даже не приходила ему в голову. — Он за неё большие деньги должен был получить.