Тут мне возразить было нечего. Действительно нужны связи, нужны выходы к финансовым потокам, нужны те, глядя на кого, я увижу, как всё устроено, и сделаю ещё лучше.

— Я и не отказываюсь, — ответил я и мысленно поставил себе галочку. — Где нужно записываться?

— Считай, что ты в списке гостей, — ответил он и прислушался.

Где-то далеко слышалась полицейская сирена.

— Ты же не вызывал ещё? — спросил он у меня.

— Нет, — я покачал головой. — Телефон-то наверху.

— Хм… — он задумался. — Летят так, словно им сказали, что тут кого-то убивают.

— Может, не к нам? — предположил я. — Мало ли?

Святояр поднял к глазам левую руку, и я увидел на его запястье небольшую коробочку с разноцветными цифрами и графиками.

— Да нет, к нам, — он был настолько спокоен, что я даже не начинал нервничать. — Значит, кто-то остался снаружи. Он и вызвал. Чтобы тебя повязали. Дилетанты.

— Я чувствовал, что кто-то остался, — ответил я, вспоминая свои ощущения. — Только не смог понять, где он был. А почему дилетанты?

— Потому что в этот дом полезли, — ответил трибунал, проходя к задней лестнице и проводя рукой по раме с разбитым стеклом. — И вообще действовали нахрапом. Не похоже это на серьёзную организацию. Хотя, возможно, что дилетант именно прыгун. Привык, что ему не оказывают противодействия, вот и распоясался. А вот окно жалко. Мне его один маг перед приговором сделал.

— И ты его убил? — я искренне удивился такому повороту в его рассказе.

— Приговор — это не обязательно казнь, дорогой, — ответил он, явно ухмыляясь под своей магической накидкой на лице. — Десять плетей — это тоже приговор. Даже ссылка на Комариные Болота — это наказание. Но, к сожалению, я такими делами занимаюсь редко. В основном — государственная измена.

Я сразу же подумал про Ушакова, который плёл заговоры против императора с помощью странной организации в подвале.

— И хватит уже верить всему, что тебе говорят, — ответил трибунал моим мыслям под всё усиливающийся вой сирены. — Ушаков к той организации может быть и непричастен. А вот тебя заманить и направить на гибельное дело — это вполне себе реальная цель.

Я даже не смотрел на ситуацию с такой точки зрения, и слова Святояра мне реально открыли глаза.

— Благодарю, — проговорил я едва слышно. — Этот урок, возможно, ещё ценнее, чем утренние.

— Всем оставаться на местах! Руки за голову! — раздалось с улицы, и трибунал спрятал лицо в ладонях.

— Идиоты, — проговорил он. — Только не дверь!

И в следующий же момент дверь снесли с петель мощнейшим ударом. Холл заполнился людьми в форме, но, кажется, мне не знакомыми.