Авель нахмурился, перечисляя дальше:

— К тому же бой культиватора, даже находящегося на начальной стадии Конденсации Ци, — это не только мастерство в обращении с мечом и связанных с ним боевых искусств. Дзянь владеет множеством техник — от обычных белого и черного ранга до «особенных», доступных только ученикам сект-мастера. И хотя по правилам во время поединка у вас обоих будет по одному магическому артефакту, но его меч… это не просто оружие. Они почти что единое целое. В его руках он будет проявлять силу, с которой не сравнится ни один другой артефакт того же ранга.

И есть ещё его дар. Мы не знаем, в чём он заключается, но он тоже может сыграть в бою значительную роль. Даже просто продержаться против Дзянья пять минут будет для тебя почти непосильной задачей…

Ранняя трансформация существенно сократит пропасть между вами. Она может дать тебе шанс — пусть небольшой, но реальный — одержать победу. И знай: твой мастер заплатил огромную цену, чтобы добиться для тебя этой возможности.

Закончив говорить, Авель выжидательно посмотрел на Ранда, надеясь услышать его мнение, и он не заставил себя долго ждать:

— Старший Авель, но зачем моему мастеру так добиваться того, чтобы я прошёл через раннюю трансформацию, которая несёт с собой столь серьёзные риски? — Ранд чуть прищурился, внимательно глядя на собеседника. — Он сказал, что это нужно, чтобы я не понёс наказание за моё предстоящее — и, по его словам, неизбежное — поражение Дзянью… Но, если быть честным, звучит это не слишком убедительно. — Ранд чуть прищурился, внимательно глядя на собеседника. — Я думаю, моему мастеру вполне по силам уговорить сект-мастера и магистров смягчить моё наказание в случае поражения.

— Конечно, хороший вопрос ты задал — чего ещё от тебя, гения, можно ожидать. — Авель усмехнулся, но в его голосе чувствовалась некоторое нежелание продолжать говорить. — Хотя я не тот человек, к кому ты должен был обратиться с этим вопросом… но ты и сам это прекрасно понимаешь.

Твой мастер не просто так решил не рассказывать тебе всех подробностей… Ну да ладно, возьму эту роль на себя — хотя старику, конечно, это не понравится.

Что касается смягчения наказания — ты полностью прав. Он вполне мог, и, скорее всего, всё ещё может этого добиться. Почему же он выбрал иной путь? С уверенностью сказать не возьмусь: никто не знает, что творится в голове старейшины, прожившего сотни лет и пережившего куда больше, чем мы можем вообразить. Но у меня есть догадка. Могу тебе её рассказать.

— Буду премного благодарен, старший Авель, — с лёгким поклоном ответил Ранд.