Глава 74.
Способ стать сильнее.
— Ты вновь поступил опрометчиво, поставил под угрозу своё будущее, самонадеянно понадеявшись на свою хитрость, и она тебя опять подве… — вдруг Байрон остановился на полуслове, ибо заметил, что, хоть мальчишка и пытался старательно это скрыть, Ранд погрузился в свои мысли и как-то не слишком внимательно его слушал. Как если бы речь старейшины была лишь бессмысленным, не стоящим внимания шумом на фоне его мыслей.
Это стало последней каплей в и без того переполненной чаше его терпения. Из-за поступков Ранда, разрушивших все его планы, прошедшие дни и так были для старейшины весьма нелегкими: ему пришлось пожертвовать накоплениями, нажитыми за столетия, пресмыкаться перед сект-мастером, поступившись остатками своей гордости. И теперь, после всего этого, он ещё и вынужден терпеть от мальчишки, на которого он поставил столь многое, такое откровенное, нарочитое неуважение⁈
Его поведение напомнило ему о давно похороненном прошлом — и от этого он лишь сильнее вышел из себя. Переполненный гневом, он не выдержал и взорвался:
— Оберин, да как ты смеешь отвлекаться, КОГДА Я С ТОБОЙ РАЗГОВАРИВАЮ! — с каждым словом его речь всё меньше напоминала человеческую и всё больше — рёв разъярённого дракона. Его дыхание участилось, кожа покраснела, на ней кое-где начали проступать чешуйки, а зрачки вытянулись, заострившись, превращаясь в змеиные. Он сам не заметил, как начал скатываться в частичную трансформацию, теряя контроль над собой.
И вместе с его словами от Байрона начало исходить чудовищное давление, навалившееся на Ранда и буквально впечатавшее его спиной в холодный камень стены.
Крик Байрона и начавшее исходить от него давление мгновенно выдернули блуждавшего в мыслях принца из оцепенения.
Он сразу понял: гнев Байрона не был пустой игрой. Старик и вправду терял над собой контроль, и ещё мгновение — и он мог бы попытаться раздавить его, не задумываясь. Ошибись он в словах сейчас, и всё могло закончиться очень плохо. И тогда у него не осталось бы выбора…
Ранд колебался лишь мгновение. Был ли этот гнев искренним или же хитроумной уловкой? Он не мог знать. Но рисковать в подобной ситуации было безумием. Поэтому он, как и подобает ученику в подобной ситуации, рухнул на колени и, низко склонив голову, начал торопливо, но «искренне» просить прощения.
— Приношу глубочайшие извинения, мастер. Я ни в коем случае не желал вас оскорбить. Просто ваши слова заставили меня так сильно задуматься, что я сам того не заметил, как утратил связь с реальностью, Ранд смиренно склонился и опустил голову почти до пола. Его голос звучал тихо, но в нём чувствовалась «неподдельная» тревога. — Прошу простить меня, мастер.