Есть ли такая уверенность в ночном лесу, полном реольцев?

Разумеется, нет. Даже тени не всесильны и могут упустить кого-то, забившегося в нору.

А даже если и не пропустят, успею ли догнать и заткнуть рот опасному свидетелю?

Вот и выходит, что способности есть, а использовать их могу только в крайнем случае. И сейчас совсем не он.

Реолец напомнил мне, что когда сражаешься — думать вредно.

Воздух снова свистнул, не успевая убраться с пути невидимой смерти, не успел и я, но это было и не нужно.

Мимо. Пока мимо.

Но эдак он меня прижмёт к озеру.

Прорычал приказ:

— Нужно выскочить отсюда и обойти их.

Ариос помолчал несколько мгновений, ткнул рукой:

— Сюда. Двадцать шагов и под куст боярышника.

Я думал отыскать там одну из тех нор, о которых недавно думал, но нашёл там реольца со стрелой в спине.

— Меняйте ханбок, господин, — то ли посоветовал, то ли приказал Ариос уже мне.

Я тоже медлил лишь мгновение, а затем принялся ворочать мертвеца. Тоже хороший план. Действовал быстро, успел раздеть мертвеца, забросать его листвой и юркнуть в сторону раньше, чем до меня добрались реольцы с факелами.

Первое кольцо я проскочил так, что никто и не заметил, тени провели меня.

А вот на втором кольце всё пошло не так. Оно, пусть и было больше, неожиданно оказалось слишком уж плотным и слишком уж освещённым.

Я вжался в дерево, ожидая команды Ариоса.

— Ждите. Ждите. Налево, сейчас.

Я вогнулся, скользнул буквально в трёх шагах от реольцев, которые уставились вправо, и замер, услышав сзади злой рык:

— К-куда, сукин сын⁈

Я выругался под нос. Ведь почти же вышло. Равнодушно выпрямился, поднимая руки и складывая первую печать, замер, услышав новый рёв:

— Товарищей бросил? Ещё шаг, и я тебе ногу отрублю, трус!

Я тут же сжал пальцы в кулак, развернулся в полоборота, пряча одну сторону лица, надеюсь, всё ещё грязную, замахал руками:

— Нет! Нет! Я это… своих ищу.

— Нашёл уже. Три шага ко мне, трусливая шавка.

Шагнул, куда уж деваться? Три шага это немного. Ближе это уже опасней, я окажусь слишком близко к факелам, там станет видна не только моя вторая щека, но и мои волосы, пусть ещё и слабо отросшие после экзамена Академии, но уже двухцветные, а светлые волосы — это наследие Предка Амании.

Реолец скривился, приказал:

— Вот тут и встал. Где твой меч?

Я цапнул с пояса дешёвую железку, которую подобрал по дороге. Реолец кивнул:

— Не совсем потерян. Имя?

Кажется, это сегодня уже было.

— Лиал.

— Помни, я за тобой наблюдаю, ублюдок Лиал, — процедил реолец. — Когда столкнёмся со скерцами, рвани на них первым, сжимая меч, искупи свою трусость, понял?