Произнесенные слова — открытие для меня самой. Потребовалось много времени, чтобы понять эту простую, но глубокую истину: человек часто путает свою привязанность к прошлому с любовью. Венсан хмурится и опять пытается меня поцеловать. Его отвлекает стук в дверь, и мне удается вырваться. Я успела опьянеть и, выбежав в коридор, из последних сил открываю дверь Ролану, падая ему на руки, как сломанная кукла. Глаза Ролана, словно два кусочка льда, блуждают по моему лицу, и я улыбаюсь, зная, что теперь можно расслабиться. Я спасена...
— Я тебе не изменяла, — бормочу я, обнимая его широкие плечи. — Я твоя девочка, Ролан, и я хочу домой.
— Ты пьяна, черт возьми!
— Кто вы? — суровый голос Венсана не производит на Болески никакого впечатления. — Оставьте Джинет в покое!
— Кретин, — шипит Ролан, видя, что меня мутит от выпитого натощак алкоголя. — Ты ее напоил? Ей нельзя пить!
Я теряю связь с реальностью и закрываю глаза. Мне плохо, мне очень плохо, но я знаю, что Ролан меня не оставит, и позволяю себе впасть в забытье.
Глава 50
Дальше всё происходящее я помню рваными отрывками. Я выпила слишком много, и это мгновенно погубило организм. Я смутно помню, как оказалась в доме Ролана. Шторм лаял, пока мужчина, вставляя мне пальцы в рот, заставлял вырвать остатки алкоголя. В глазах темнело, у меня начались судороги. Я услышала голос мадам Болески. Какого черта мать Ролана делает в его доме? Она говорила обо мне не лучшим образом, и это неудивительно... Я выглядела ужасно, и любая мать на ее месте поступила бы так же... Ролан был сдержан, но не делал мне замечаний. Он не ругал меня, обнаружив пьяную с другим мужчиной в квартире. Он не ругал меня, запихивая в машину. Он не ругал меня, когда я не могла стоять и ползала на карачках, содрогаясь от спазмов в желудке. Ролан — святой!
— Мне противно на тебя смотреть! Ты выглядишь как тряпка, а не мужчина, — вопит мать Ролана, когда он помогал мне лечь в постель.
— Заткнитесь, — я не выдерживаю ее криков. — Иначе я вас ударю!
— Ты слышал? Слышал?! Твоя шлюха открывает пасть на...
— Хватит, — Болески рычит. — Ты сейчас не в своем доме!
— И она тоже, но ты позволил ей облевать ковер в коридоре! Даже твоему псу это не сошло бы с рук!
— Джинет у себя дома, — отвечает он спокойно.
Схватив его за руку, я стучу зубами. Никогда не пейте алкоголь. Никогда...
— Ты шутишь? — Мать Ролана скалится, как обезьяна. — Она недостойна тебя! Неужели ты не видишь, кого пригрел в постели?
Я начинаю плакать. Мне горько от упреков мадам Болески и встречи с Венсаном.
— Богом клянусь, если ты произнесёшь ещё хоть слово, я навсегда перестану с тобой общаться!