— Руки, — рычит Болески, когда я путаюсь в позиции. Оказавшись рядом, он сжимает мои локти и поднимает их над головой. — Начни уже вникать в процесс.
— Я стараюсь, — говорю сквозь зубы, мечтая в этот момент залепить ему пощечину.
— Что ты сказала? — он хмурится и сильнее сжимает мои руки. — Повтори.
— Извините, господин Болески.
Мне хватает ума не вступать в спор. Ролан отходит, но Катрин хватается за его локоть, удерживая на месте.
— У меня тоже проблема с руками. Я не знаю, что с ними делать...
— Отруби их и выброси в мусорное ведро, — говорит он с пренебрежением, и я не могу сдержать победную улыбку.
Катрин сникает и бормочет извинения. Он ясно дал ей понять, что не нужно до него дотрагиваться. Пряное чувство разливается по венам... Я пока еще могу дотронуться до Ролана, и это кажется мне победой.
Правда, вечером я понимаю, что между нами все-таки есть напряжение. Ролан отправился на ужин с друзьями, не сообщив мне об этом, и мне пришлось возвращаться домой в одиночестве. Все это время я старалась блокировать мысли о Лорье, но вот он снова в моей голове... Я не понимаю, для чего мы встретились? Пытаюсь отыскать понимание происходящего, но в голове сумбур. Какая-то часть меня все еще связана с ним, и от этого противно... Ролан ничего не сказал по поводу Венсана, и мне неизвестно, как он забрал меня из квартиры. Ночной прохладный воздух приносил облегчение. Я перешла дорогу и вздрогнула, когда Венсан окликнул меня по имени. Нет-нет, нам нельзя снова встречаться! Я беспомощно посмотрела в глаза прошлому, и оно, увы, снова оказалось сильнее.
— Привет, кошка. Поужинаем?
— Ты ведь понял, что у меня отношения?
— С директором театра, — он усмехнулся. — А ты говорила, что между вами ничего нет.
— Тогда не было, а сейчас всё есть.
Я отвернулась и продолжила путь. Выругавшись, Венсан догнал меня у моста.
— Не лги мне, кошка! Ты ведь давно с ним спишь! Поэтому ты и ушла от меня! Тебе просто не хватило духу сказать мне в лицо, что ты выбрала зарабатывать пиздой на жизнь!
Его грубость царапала слух. Ролан никогда не говорил со мной так грязно...
— Закрой рот и оставь меня в покое.
— Конечно, зачем тебе отношения с парнем из гетто, когда ты театральная шлюха.
Он говорил так от злости и бессилия. Думаю, Венсан по-своему меня любил, но его любовь не сумела сберечь мое несчастное сердце. Он, как и много лет назад, предпочитал оскорбления вместо честного разговора. Сначала я хотела ответить ему той же монетой, но потом вспомнила, что выросла...
— Стало легче? — спросила я равнодушно.
Венсан отвернулся и сжал ладонь в кулак.