— В театр?
Я была потрясена и прижала холодные руки к лицу.
— Это твой последний шанс, Марло.
— Но разве возможно... Я... То есть... Как?
— Меня утомляют пустые вопросы.
Я окончательно потеряла всякий ориентир. Подбежав к нему, я схватилась за его запястье.
— Зачем вы мне помогаете? Вы что, не видите, кто я такая? Я не понимаю вашего решения!
— Что ты хочешь понять? — Болески наклонил голову, блуждая глазами по моему лицу.
— Я дешевка, скатившаяся на дно... Вы понимаете, что между нами пропасть и я не должна находиться рядом с вами? Что же вы хотите от меня? Почему помогаете? Мне совсем нечего вам предложить...
Я машинально начала гладить большим пальцем кожу на его запястье.
— Я уже говорил, что меня утомляют вопросы. Пойдем, покажу твою комнату.
Ролан устремился к лестнице, отталкивая Шторма в сторону. Я по-прежнему держалась за его запястье. Всё это было похоже на дивный сон... Ролан Болески подготовил для меня спальню в своем коттедже! Разве такое возможно? В комнате стояла огромная кровать, рядом с ней были тумбочки, небольшой шкафчик с золотыми узорами и туалетный столик. Я растерялась и лишь крепче сжала его запястье.
— Внизу есть спортивный зал. Ты можешь там тренироваться, когда пожелаешь.
Я кивнула и невольно вспомнила нашу первую встречу, когда мне пришлось танцевать под дождем перед этим высокомерным человеком. Кто же написал нам такие судьбы и сложил их вместе? Я провела языком по губам.
— Как дела в театре? — кажется, я впервые спросила об этом у Болески. — Савана... Она до сих пор танцует?
— Она утвержденная прима.
Я кивнула и сжала губы в тонкую полоску.
— Значит, ее время пришло? Вы не стали долго истязать девушку и позволили ей вкусить славу?
Я отпустила его запястье и отошла к окну, украшенному персиковыми портьерами.
— Она на своем месте.
— Разумеется, — я фыркнула и скрестила руки на груди.
Всё это время Болески находился рядом, и я привыкла считать его своей таблеткой. Как жаль, что он принадлежал другим женщинам тоже... Я упрекнула себя за недостойные мысли. Болески вышел из спальни, оставляя меня наедине с демонами в душе. Я с удовольствием поменялась бы с Саванной местами... Однако в моей жизни по-прежнему темно, а она блистает в свете софитов.
Глава 40
Ролан Болески казался мне недосягаемым. Он словно далекая космическая планета, а я — звездная пыль, которой позволили приблизиться к мантии его величия. Множество девушек мечтали бы оказаться рядом с ним и прикоснуться к его жизни, но мне это удалось без каких-либо усилий. Между нами не существовало тепла. Мы даже толком не разговаривали, но я жила в его доме, питалась и одевалась за его счет и пыталась ужиться с его псом. Шторм оказался очень своенравным парнем, и мы с ним плохо ладили. Мы были вынуждены сосуществовать на одной территории. Болески находился на работе, когда я попыталась приготовить для себя лазанью и сожгла еду. Шторм так разлаялся, что мне захотелось избить его кухонной утварью.