Разглядев на столике большое блюдо с мясной нарезкой и стоящую рядом бутылочку довольно улыбнулся. Ну, я к беседе подготовился же, хе-хе…

— А мысль у меня такая, — раздумчиво начал я, — мнится мне, что надо бы нам Овечкина нашего болезного прямо сейчас, не заезжая домой, в метрополию доставить…

— А чем такая спешка вызвана? — поинтересовался Прокопьич, сноровисто закидывая в рот толстенький пластик ветчины.

— Честно говоря, — начал я, — причина несколько иррациональная, — Семён с интересом оторвал глаза от блюда с мясной нарезкой и в ожидании продолжения моей фразы пристально на меня уставился, даже жевать стал немного медленнее, — у меня нарастает ощущение того, что нам следует поторопиться с реализацией запланированного нами ранее перемещения основных производств рода, не связанных с добычей меркоксита, в метрополию.

— Ха, — крякнул Прокопьич, — а причины возникновения такого чувства ты сформулировать можешь?

— Скоро нами заинтересуются, — высказал я очевидную вещь.

— Кто? — недобро прищурился Семён.

— А все, — вздохнул я, — все, кто ощутит, что наша деятельность нарушает их планы…

— Это у нас война со всей галактикой намечается, так что ли? — хохотнул Семён.

— Ну, не так уж всё и плохо, не сгущай краски, — я рассмеялся, и, пользуясь тем. Что собеседник немного отвлёкся на осмысление мною сказанного, подтянул блюдо с мясом к себе поближе, — Российская Империя будет на нашей стороне мушки…

— А все остальные, стало быть, будет с другой её стороны?

— Считаю твой вопрос риторическим, — ухмыльнулся я, — так что да, против нас будут все, и только Империя будет блюсти наши интересы. Разумеется, имперское чиновничество будет пытаться наложить лапу на всё, до чего мы им дадим дотянуться, но мы работаем и будем работать в интересах государства, а потому государство будет нас защищать.

— То есть, ты считаешь, что на Цекко нас могут попробовать просто грубой силой задавить? — Семён стал несколько серьёзнее, так как нарисованная мною перспектива развития событий его не сильно вдохновляла.

— Совершенно верно, — подтвердил я, — и как только Шестая служба получит известия о том, что господин Овечкин тю-тю, то они начнут этот факт осмысливать. И неизбежно придут к выводу, что это либо имперские спецслужбы сработали, либо, напрямую, мы сами…

— Ну это же не повод для вооружённого нападения на Имперскую колонию, — удивился Семён, — это же фактическое объявление войны получается…

— Ну, нападение можно организовать и под чужим флагом, — возразил я, — этим ребятишкам не привыкать, им есть, кого натравить и кого не особенно жалко. Так что о войне речи пока не идёт. Но нам-то, как ты понимаешь, от этого нисколечко не легче. Ударят то, в первую очередь по нам и нашим объектам.