— Где она? — шепотом спросила Анюта, будто прочитав его мысли. Девушка стояла рядом, касаясь его плеча, и Стас ощущал сотрясающую ее мелкую дрожь.

— Где-то здесь, — он повел фонариком, и луч света пробежал по черно-белым стволам. — Здесь все как-то изменилось, и потом эта темнота… Предлагаю оставить поиски до утра, поставить палатку и лечь спать.

Анюта судорожно вздохнула и вдруг спросила:

— А если его там нет?

— Должно быть! — твердо сказал Стас, хотя своим вопросом она всколыхнула мучившие его страхи. Сколько раз он покрывался холодным потом, лишь только вообразив, что в лесу был пожар и все сгорело дотла. Или пришли лесорубы и выкорчевали дерево… или деревенские ребятишки играли в каких-нибудь казаков-разбойников и нашли тайник, или…

— Давай посмотрим, а доставать не будем, — предложила Анюта. — Достать можно и завтра утром… Я все равно не усну от волнения… А ты?

Стас улыбнулся:

— Я тоже!

Он решительно скинул рюкзак и, подсвечивая себе фонариком, направился вдоль ряда деревьев. Анюта следовала за ним по пятам.

— Береза должна быть здесь, — пробормотал он, — сейчас должна быть небольшая низинка… Луч фонарика осветил спуск, вроде маленького овражка, заросшего молодой порослью папоротника.

Из темноты возникла большая, раскидистая береза. Стас почувствовал слабость в ногах — она! Сильная, крепкая, только, кажется, стала чуть толще.

Он опустился перед деревом на колени и начал ощупывать ствол у земли, ласково шепча:

— Ты моя милая! Ты моя красавица! Как же я по тебе соскучился!

Где-то здесь должна быть норка. Вот что-то похожее, хотя в его памяти она была шире…

— Анюта, подержи фонарик, — он передал фонарик девушке и стал двумя руками разгребать забившую норку листву.

— Ничего. Пусто. Не может быть!

Стас ощупал каждый сантиметр, каждую выемку коры, даже поскреб землю, пока не наткнулся пальцами на твердые корни.

Ожерелья не было.

Ощущая тошноту и сильную слабость, Стас повернулся к Ане.

— Ну что? — спросила она непривычно сиплым голосом.

— Дай фонарик.

Он забрал фонарик и исследовал норку еще раз. Ожерелья не было.

— Может это другое дерево?- подсказала Аня. — Постарайся вспомнить…

— Нечего тут вспоминать! — заорал он в нахлынувшем приступе ярости. — Черт возьми, я помню эту березу!

— Но может это все-таки другая? — терпеливо произнесла она. — По-моему, они все одинаковые.

Стас поднялся на ноги и осветил соседние деревья, потом перескочил лучом света на фюзеляж самолета.

— Вот самолет. — Сказал он. — Я пошел сюда. Прямо… или не совсем прямо? Я ведь тогда был не в себе… меня болтало, и, возможно, я дал левее или правее… Свети мне.