«Чтобы нечто уничтожить, необходимо прежде дать ему расцвести. Чтобы что у кого-то отнять, нужно прежде дать ему. Это называется глубокой истиной. Мягкое и слабое побеждает твердое и сильное…»[1]
Стас отложил книгу в сторону и посмотрел в иллюминатор. Прямо перед ним покачивалось крыло самолета, а вокруг, насколько хватало глаз, расстилался серо-белый туман облаков.
Когда-то еще в детстве отец собрал для него модель самолета и подвесил на ниточке над кроватью. Стас смотрел на самолет и представлял, что он летит куда-то через ночь и бурю, а внутри сидят отважные путешественники, которых ждут впереди увлекательные приключения и несметные сокровища.
Возможно, они сейчас на самом деле никуда не летят, а болтаются в абсолютной пустоте, подвешенные за ниточку Создателем. Вот только отважными путешественниками их никак не назовешь. Скорее кучкой мелких бандитов, среди которых оказался он — потомственный интеллигент.
Чтобы окончательно не попасть под власть меланхолии, Стас задвинул штору и откинулся на спинку мягкого, обитого светлой кожей кресла. Напротив, в таком же кресле, отделенном от его низким журнальным столиком, сидел полный шатен с плоским лицом и похожим на калошу носом. Звали шатена Юрий Константинович Звоницын, и Стас являлся его личным врачом.
На журнальном столике лежал небольшой металлический чемоданчик. По тому, с какой бережностью Звоницын с ним обращался, становилось понятно, что содержимое чемоданчика имеет немалую ценность. Именно ради него тот летал в Екатеринбург, откуда они сейчас и возвращались. Звоницын вез чемоданчик для некоего Большака. Сам Стас этого человека никогда его не видел, ноне раз замечал, с каким уважением и даже трепетом произносилось его имя среди людей Звоницына.
Стас познакомился с Юрием Константиновичем полтора года назад, когда работал кардиологом в одной из частных клиник. Звоницын обратился к нему за консультацией и буквально на третьем приеме предложил стать личным врачом. Стас очень хорошо запомнил тот день, потому что именно тогда принял одно из самых неправильных решений в жизни — согласился на предложение Звоницына…
Стояло морозное солнечное зимнее утро и узоры на стекле сверкали так сильно, что становилось больно глазам. Голый по пояс Звоницын сидел на кушетке, уперев в нее крепкие жилистые руки, и «купола» татуировок на его плечах рассказывали о том, что большую часть жизни он провел на зоне. Рядом на кушетке лежали его вещи, а поверх них очки в золотой оправе. Уже потом Звоницын рассказал Стасу, что вообще-то зрение у него отменное, а очки он носит для того, чтобы казаться интеллигентнее.