Я посмотрел на Мицуки, и она тихо фыркнула и отвернула голову, словно говоря: делайте что хотите, пока время есть.

— Хоть на этом экзамене группы и поделены на «жертв» и «охотников», но на деле всё не совсем так просто. И всё из-за…

— ТОП-а команд? — перебила она меня, высказав догадку.

«Она что, из тех, кто не понимает момент и перебивает других на полуслове?» — пронеслось у меня в голове.

— Да, отчасти именно поэтому, — согласился я с её догадкой. — Ведь даже учитывая шлемы, скрывающие лица участников, определить, кто скрывается под ним, — всё равно не составит проблем, ввиду имеющегося у каждого участника приложения на телефоне, которое показывает, кто есть кто; а зная, кто находиться перед тобой, кто стоит в ТОП-е команд и их рост в рейтинге — можно легко определить, команда «охотников» ли они, или же команда «жертв». Это в случае, естественно, если команда «охотников» будет использовать свою привилегию. Если же они этого делать не будут, как я сказал ранее, — отличить их от команды «жертв» будет невозможно. А теперь вопрос: почему школа сделала так, чтобы было видно результат только первых десяти команд?

Повисло недолгое молчание.

— К чему это вообще? — спросила Мицуки, развеяв наступившую тишину.

— К тому, что это крайне важный момент экзамена.

— Если хочешь что-то сказать — говори прямо, а не загадками.

Я посмотрел на Нанаку, а она в ответ лишь пожала плечами, явно не зная ответ на мой вопрос.

— На этом экзамене не просто так отсутствует возможность отслеживать количество команд на данный момент всё ещё участвующих в экзамене. Если исходить из правила, что после выбывания команды «охотников» команда «жертв» становится командой «охотников», а команд «охотников» всегда тридцать пять, то выходит, что минимум команд на этом экзамене — это тридцать пять. Это если, конечно, не брать возможность выбывания команды по каким-то серьёзным причинам, например — сильным ранениям у одного из её членов.

— Ну и? Что ты хочешь этим сказать.

— Во-первых, то, что количество очков, которые можно заработать, будучи командой «охотников», сильно ограничено, ввиду того, что лично мы уже знаем о трёх выбывших командах, а их явно больше, и прошло всего несколько часов со старта экзамена; во-вторых, чем меньше будет команд жертв — тем им будет легче, потому что им даже не придётся что-то предпринимать, чтобы вычислить, из какой команды противник.

— Иначе говоря, — продолжила мою мысль Нанака, — чем ближе к концу экзамена, тем сильнее всё меняется, и команды «охотников» становятся жертвами, в то время как команды «жертв», наоборот, чувствуют себя намного увереннее и лучше?