«Двое есть, остался последний.»
Ноги уже почти покрылись песком, но приложив больше усилии я смог вырваться, сразу же развернувшись и побежав в сторону, где и был последний, который вряд ли сдвинулся хотя бы на шаг.
И так всё и оказывается. Стоило мне вырваться из дыма, как я увидел его на том же самом месте.
Он, как и прошлые двое, был в полной растерянности, благодаря чему я снова получил несколько безнаказанных мгновений, за время которых успел сократить расстояние между нами вдвое.
И только по прошествии этих самых мгновений он опомнился, выставил руки вперёд и с его стороны, прямо из земли, на меня массово пошёл песок. Когда песок вырос почти до метра и ему было меньше полуметра до моих ног, я прыгнул на всей скорости, пролетая над этим песком.
Несколько мгновений невесомости, во время которых я наблюдал, как мой противник пытается что-то сделать со своим песком, а после — успешное приземление на обе ноги в метре от него.
Поняв, что он уже ничего не успеет, он принял боевую стойку и сам напал на меня, рассчитывая сыграть на моём приземлении, после которого трудно снова начать быстро двигаться.
Он приблизился и занёс правую ногу, ударяя ей в голову. Я без проблем заблокировал его атаку рукой. Сразу после этого он замахнулся уже правой рукой. И её перехватить мне уже не составила труда.
Одновременно уклонившись от его кулака, убрав голову влево, и протянув правую руку к его плечу, я его и захватил, после чего взял за запястье его правую руку левой и увёл её назад — к нему за спину; а сам в этот момент сблизился и захватил правой рукой его шею.
И стоило мне это сделать, как я начал сдавливать его шею, одновременно заламывая руку. Он в этот момент пытался отбиться левой рукой, нанося удары мне в бок, но это ему совершенно не помогало.
Выждав, пока он нагнётся на достаточный градус, я занёс правую коленку и нанёс ей удар ему в живот. А следом ещё один, ещё один, и ещё один.
И так, пока в один момент он не обмяк, буквально держась на мне.
«Последний.»
И закончив с ним, я отпустил его, после чего он с металлическим грохотом упал на землю. Я же в этот момент осматривал поле битвы.
Четыре лежащих на земле тела, и только одно из них в сознании.
— Я же говорил, что спасу тебя, — легко произнёс я, пока она с неверием смотрела на меня.
— Ты цела? — спросил я, подойдя к лежащей на земле, в уже не удерживающем её песке, Нанаке.
Она молчала. Не двигалась и молчала. Лишь смотря на меня.
И кажется мне, что если бы я видел сейчас её лицо, то точно бы узрел, как её рот открыт от изумления, а на её лице отображается непонимание происходящего, ведь всё увиденное сейчас — идёт в полный разрез с той картиной, которая сложилась у неё в голове ранее.