— Что на этот раз придумаешь, слабак? — спросила моя сокомандница.
Я повернул голову вбок и посмотрел на неё.
Её длинные блондинистые волосы развиваются по ветру, спадая на её спину; всё её тело, кроме головы и шеи, облачено чёрной бронёй, состоящей из маленьких металлических пластин, крепко скрепленных между собой; а её аристократическое лицо и холодные, но яркие голубые глаза выражают невероятную уверенность в себе и презрение по отношению ко всем остальным.
Держа в левой руке шлем от брони Икара, а второй — поправляя свои непослушные, развивающиеся от ветра волосы, она смотрит на меня. Смотрит точно таким же вызывающим взглядом, как это было и на прошлом экзамене.
Мицуки Токи.
К её сожалению, именно она попала со мной в одну команду. По крайней мере, вчера вечером, когда школа отправила всем известия о членах их команд, она нашла меня менее чем через десять минут, хотя с закрытия вчерашней церемонии я не покидал выделенную мне и моим сожителям комнату.
И найдя меня, она критично осмотрела меня с головы до ног, после чего громко фыркнула и ушла так же быстро и самовольно, как и пришла.
— О чём ты? — спросил я.
— В смысле — о чём? О твоих стратегиях, планах — называй, как хочешь, — мотнув правой рукой, ответила она.
— Ничего такого у меня нет.
— Да ну? — вскинув бровь, спросила она. — Если это так, то у меня теперь две бесполезных обузы. Хотя я бы и так не стала полагаться на твои жалкие уловки.
«Иначе говоря, без планов и стратегий я бесполезен. Как, впрочем, и ещё один член нашей команды», — и с этими мыслями я перевёл взгляд на третьего члена нашей команды на этот экзамен.
Чуть менее длинные волосы, чем у Мицуки, имеющие от природы тёмно-чёрный цвет, так же развиваются на ветру, опадая на спину, будучи заплетёнными в два хвостика; как и у Мицуки, всё её тело, кроме головы и шеи, покрывает такая же чёрная броня, состоящая из маленьких металлических пластин; в то время как её красивое лицо выражает спокойствие, её янтарные глаза словно пылают от захватывающих её чувств, которые она всячески старается подавлять.
— Я не думаю, что подобный подход хоть как-нибудь поможет нам в этом экзамене, — спокойно сказала она Мицуки.
— А я не думаю, что такой бесталанной особе вообще стоит открывать свой рот, — и надменно усмехнувшись, сказала: — Нанака-тян.
Нанака Имагава — вот последний член нашей команды.
«А ведь по заверению школы — составлению команд была полная случайность, а по итогу… Хотя, с другой стороны, школа до этого не нарушала сказанные ей слова; да и смысла от такого действия немного, а значит, скорее всего, это действительно не более чем обычная случайность. Или же — воля судьбы».