Тогда я на него злился, как сейчас на меня Антон, но теперь понимаю, что иначе в нашем деле нельзя. Ведь каждый видит только то, что хочет видеть. И буквально неделю назад я получил ещё одно подтверждение этому тезису.

Присоединив к рукояти первый обломок лезвия я подсознательно ожидал, что сила клинка увеличится. И он действительно стал намного острее, легко срезав угол стальной столешницы верстака в мастерской, но и только. Никаких других фокусов и умений меч не проявил. А так хотелось. Ну не знаю — молнии там метать или хотя бы огненные шары, но обломчик. Меч, как меч. Да острый, да неразрушимый, но всего-лишь меч.

И тут я собираюсь на очередную рядовую встречу с клиентом, задумчиво обозреваю содержимое саквояжа стоящего в багажнике, а рядом хмуро опёрся о крыло автомобиля Дим. Он частенько стоит рядом во время сборов, потому, что я постоянно забываю закрывать багажник. Охранник специально напоминает, что желательно захлопнуть крышку, я соглашаюсь, затем долго подбираю амуницию, задумываюсь и эта мелочь вылетает из головы. Диму приходится выбираться из салона и закрывать за мной. Это его раздражает, как и меня то, что он нависает над плечом во время экипировки. В отместку я не закрываю багажник уже специально, а он специально становится рядом, чтобы меня позлить. В общем, мы друг друга воспитываем. Чисто по дружески — без лишних эмоций. Иногда это даже подымает настроение.

Я пристегнул к поясу удлинившийся клинок, положил в карман пару «груш», проверил глок, захватил держатель с ладаном. А Дим спрашивает:

— А что ты ножик больше не берёшь?

— В смысле? — сразу я подумал, что охранник шутит, ведь клинок уже пристёгнут, но глянув на его лицо убедился в обратном.

— Ну нож. Раньше ты постоянно нож таскал, такой с тонкой рукояткой, или что-нибудь другое из «холодного», а теперь перестал. Разонравилось или на ствол надеешься?

— Хм, — ещё раз изучив, совершенно серьёзное выражение лица Дима, я осторожно извлёк меч из металлического кольца-держателя на поясе и выставил перед собой. — А это что?

— Что? — Дим уставился на мой кулак, сжимающий рукоять.

Несколько секунд глупо моргал и вдруг дёрнулся, будто внезапно обнаружив перед самым носом остриё меча.

— Опять твои шуточки, — заворчал охранник и захромал обратно в салон автомобиля.

Только тут до меня дошло, что он до этого не видел клинка, а смотрел именно на кулак. Это Дим-то, который работая со мной, постоянно попадает в аномальные зоны и естественно всё время живёт с «полуспущенными» ментальными барьерами. То есть — он немного видящий, немного чувствующий и чуток медиум. Он хоть и пытается от всего этого отмежеваться, но пекло «своих» так просто не отпускает. Дим просто должен подмечать подобные «скрытые» вещи, однако нет — не видел.