— Ну, — нехотя признал Антон. — Может и было пару раз.
— Значит ты ничем не лучше, так что прекрати хвататься за нож. Заметит ещё кто-нибудь.
Свернув за углом мы оказались в тихом переулке. Через дорогу небольшой двор многоэтажки. Несколько человек выгуливают собак между редкими деревьями. Чуть дальше по детской площадке носится детвора.
Антон споткнулся на пустом месте, словно угодив ногой в невидимую ступеньку посреди тротуара. И застыл на месте, разглядывая покосившуюся стальную ограду вдоль дороги и асфальт щедро украшенный широкими трещинами. От пятиэтажки косо падает густая тень, хотя быть её тут не должно вообще, солнце в самом зените. До этого места ограда ровненькая, красиво окрашенная и дорога в хорошем стоянии, а дальше, как будто табун мамонтов пробежался: бордюры торчат вкривь и вкось, стёкла в домах разбиты, листва пожухлая, неестественная тишина вокруг и тонкий аромат слепа.
— Что это? — с подозрением оглядываясь спросил Антон.
— Яма, — неопределённо пожимаю плечами. — Осмотрись и скажи мне почему она здесь?
Сначала Донцов честно пытался высмотреть эпицентр непонятных разрушений, искал взглядом «адскую машину» сотворившую непотребство в отдельном куске микрорайона. Но заметив мои скептично поднятые брови, расслабился, рассредоточил взгляд и небрежно скользнул по «яме» краем глаза.
— Там, — указал он на кирпичную ограду полтора метра высотой, где, как за крепостной стеной приютились четыре мусорных контейнера. — Это там.
— Ну пошли поздороваемся.
Глава 8
Привалившись спиной к кирпичной кладке ограды сидит небритый бомж с вихрастой немного седой шевелюрой. Вокруг груды тряпья, пустые и полупустые бутылки. Местные дворники явно не замечают беспорядка творящегося прямо возле подотчётного мусорника. Для взгляда уборщиков тут чисто и убрано.
Если не смотреть на бомжа в упор, то его кожа кажется серой, туго обхватывая кости и делая похожим на мумию. Время от времени из тела маргинала выстреливают тонкие белесые нити, впиваются в прохожих, на секунду становятся ярче и сразу же рассыпаются туманом. Идущие по своим делам люди морщатся или вздрагивают когда их касаются нити, некоторые недоуменно оглядываются, будто услышав окрик, но не заметив ничего странного, пожимают плечами и спешат дальше. По вспышкам нитей Антон и вычислил эпицентр ямы.
— Кто это? — кивнул он в сторону бомжа.
— Местный бог. Мертвец. Знаешь, что самое опасное в мертвецах?
— Что?
— Некоторые из них уверены, что живы.
— Это нарушает экосистему мира? — хмыкнул Антон.
— Это создаёт осколок пекла.
— Но тут же ходят обычные люди, — Антон указал на нескольких редких прохожих.