— А как же атланты? Они смогут пройти через эти письмена? — продолжил расспрос старший инквизитор.

— Смогут, они почти ничего не чувствуют. — кивнул гипербореец, — И у них есть ключ — Диадема Небесного Свода!

И тут мою голову посетил ещё один вопрос, который следовало задать сильно раньше:

— А у нас есть ключ? Как мы откроем дверь?

— Ну конечно! — улыбаясь, ответил Ясвен, — Ключей было пять, мне известно о трёх, и один находится у меня. Чтобы отварить врата Кристалла Единства, достаточно одного.

Убедившись, что вопросы кончились, гипербореец прошёл вперёд, толкнул створки врат. Я невольно закрылся рукой, из открывшейся створки ударил в глаза солнечный свет. Да как такое вообще возможно? Ясвен уверенно шагнул вперёд, будто всю жизнь только и делал, что бродил по этим вот коридорам. Нам ничего не оставалось, как проследовать за ним.

Когда глаза привыкли к яркому свету, я осознал, что вижу перед собой гигантский кристалл. В воздухе, не имея никакой опоры, зависло строение, напоминавшее своей формой кристалл. Две острые вершины: одна указывала точно вверх, словно желая проткнуть небо, вторая нацелилась вниз. Ну, хоть стало понятно, откуда взялось это название. К нему тянулся тонкой аркой мост. Сверху падал солнечный свет, а снизу доносились звуки текущей воды. Дьявол меня побери! Откуда здесь солнечный свет? Но с вопросом меня опередил старший инквизитор.

— Как такое возможно? — изумился Сойкин.

— Доподлинно никто не знает… Говорят, время и пространство здесь переплелись странным узором. — витиевато ответил гипербореец и шагнул к мосту.

А вот мне было откровенно хреново. Я оглядел спутников, и они выглядели не лучше. Желание развернуться и сбежать отсюда усилилось. Только Ясвену всё было нипочём, и он первым шагнул на мост:

— Чем быстрее мы преодолеем путь, тем меньше страданий испытаем!

Я последовал за гиперборейцем первым. Вверху виднелись облака, подкрашенные в розовый. Солнца не было видно, но вот сами облака двигались упорядочено, согласно чьему-то замыслу. Затем я глянул вниз. Вода тоже текла совсем не так, как мы к этому привыкли. На ровной глади возникали водовороты, а две противоположно направленные стремнины могли соседствовать друг с другом. На скалах виднелись горящие факелы, нет, не было никаких палок с маслом, огонь вырывался из камня и горел без всякой причины.

Тонкий мост шириною не превышал и двух метров, а его конструкция не вызывала доверия. Тонкие узорные периллы и сама конструкция моста, по моему мнению, ну никак не могли выдержать нагрузку, создаваемую самим мостом, а уж с нами и тем более. Поверхность моста, по которой нам предстояло идти, была вся усыпана странными паучьими символами. Я начал всматриваться, но точно был уверен, что никогда ничего подобного не видел. Даже аккадский был языком непонятным, но человеческим. Эта же вязь символов…