Князь развернул клинки и положил их перед Волконским:

— Это Клинки Расколотой Синевы, они усиливают Магию Воды. Делая из «мастера» «виртуоза», — князь воздержался от полного списка изменений всех рангов, того, что было произнесено, оказалось более чем достаточно.

Внимание Волконского Голицын сумел привлечь, и первый заворожённо рассматривал два коротких меча из голубого металла.

— А это Маска Блистательной Кицунэ, она позволяет… — договорить князю не дала Плещеева.

— Я знаю, что это за маска! — она жадно вцепилась взглядом в артефакт и уже больше ни на что не обращала внимания.

Князь Голицын, довольный собой, откинулся в кресле. И если насчёт Волконского у него ещё оставались сомнения, всё же князь был человеком осторожным и рассудительным, то с графиней он попал в яблочко.

— Вы позволите, примерить её прямо сейчас? — с придыханием и затаённой надеждой спросила графиня, — Хочу убедиться, что маска подлинная и её действие именно такое, как и описывается в книгах?

Голицын самодовольно улыбнулся:

— Конечно, Галина Сергеевна, примерьте!

Графиня радостно схватила маску и побежала к зеркалу. Она надела маску, по телу пробежала волна еле заметной магии. На коже Плещеевой выступили мурашки. А сняв маску, женщина не удержалась от комментария:

— Боже мой! Вот так сразу? А сколько продлится эффект⁈ — она обернулась к Голицыну.

— Я не использовал маску, но говорят от двух недель до месяца. — князь изучающе посмотрел на графиню.

Он ничего особенного не заметил, а вот Галина Сергеевна принялась оттирать макияж возле уголков глаз. И суда по её восторженным возгласам, то и дело, доносившимся с её стороны, эффект превзошёл все ожидания графини.

— Что касается дела, ради которого вы нас позвали… — вновь заговорил Волконский. — хотелось бы больше деталей.

— Важно, чтобы император не получил диадему. Всё остальное не имеет значения. Вы можете убить графа Демидова и отнять диадему, или отправить его на седьмой план Изнанки, если знаете, как это сделать! — Голицын улыбнулся, довольный своей шуткой.

— Ваше предложение довольно щедрое и заманчивое, — начал было князь Волконский, — но я верю в удачу. А этому парню она явно сопутствует, а ещё он каким-то необычайным образом оказывается замешен во всех наших делах! Со ним что-то нечисто, вы понимаете меня?

Голицын кивнул, князь и сам приходил к похожим выводам, отчего и не желал ввязываться в прямое противостояние с графом Демидовым.

— Думаете артефакт? — поинтересовался Пётр Алексеевич.

— Не исключено. — согласился Волконский, — Слишком много странного, я пас!