Ее волосы забраны в аккуратный пучок на затылке, хотя несколько прядей выбились и падают на щеки. Она отбрасывает их назад.
– Меня зовут Фрида, – продолжаю я. – Вчера общалась с вашим напарником…
– Я знаю, кто вы.
Хм, ну надо же…
Каталина поспешно отходит, и помощник шерифа Калхун окидывает меня взглядом с головы до ног. Понятно, обратила внимание на испачканные шорты и растрепанную прическу.
– Мы были в походе, – объясняю я.
Калхун скрещивает руки на груди.
– Там был койот, – сумбурно рассказываю я. – Я пошла за ним, потому что… Впрочем, неважно. Смотрите, что я нашла в пустыне.
Оборачиваю руку подолом футболки и вытаскиваю из кармана телефон.
Глаза помощника шерифа расширяются.
– Это телефон Сабрины Бреннер, – объясняю я.
– Откуда вам известно?
– Я его узнала.
Калхун внимательно меня разглядывает.
– Ну, по чехлу. Он такой… бросается в глаза.
– Да, действительно… Подождите-ка секунду, – поднимает руку Калхун и исчезает в двери служебного входа.
Через минуту она возвращается с резиновой перчаткой на руке.
– Где, говорите, его нашли?
– В пустыне, недалеко от главной туристической тропы. Он лежал у логова койота.
Калхун не сводит с меня взгляда.
– Мы обыскивали этот район несколько раз.
И никакого телефона не видели – понятно, о чем она.
Что я могу сказать?Наверное, плохо смотрели, помощник шерифа Калхун. Возможно, его откуда-то принесли койоты. Я-то что? Заметила и забрала.
– Пожалуйста, повторите еще раз. Где конкретно вы обнаружили телефон?
Нет, я уже устала с ней любезничать. Все же заставляю себя улыбнуться.
– С удовольствием покажу вам место, если это имеет значение. Телефон лежал за кустом, с тропы его видно не было.
Калхун приподнимает бровь.
– Если прямо сейчас у вас больше нет вопросов, пойду в номер, – добавляю я.
Общаясь с полицией, главное – понимать, когда следует подчиняться их требованиям, а когда ты волен встать и уйти.
Ах да, чуть не забыла…
– Там, в пустыне, раненый койот. Недалеко от основного маршрута. Я уже о нем сообщала, но, похоже, никто пока не отреагировал. Можете вы взять этот вопрос на контроль?
Я ухожу, не дожидаясь, когда Калхун скажет «нет».
Габриэль свой разговор уже закончил – сидит на кровати с ноутбуком, скрестив ноги по-турецки.
– Надо поговорить, – с порога заявляю я.
Он поднимает голову.
– Поговорить?
Я пыталась избежать этого момента, но откладывать уже некуда. Помощник шерифа Калхун обращалась ко мне чуть ли не как к подозреваемой.
Необходимо выяснить, почему мой брат солгал Харрису.
– Послушай, Габриэль…
Есть неприятное ощущение, что я разучилась с ним общаться. Уж очень долго мы не разговаривали по душам.