На миг я оказываюсь в другом времени, представляя себе иной вариант развития событий. В этом сценарии Энни рассказывает о своем открытии Габриэлю: о пожаре, об Эдвине… Он решает убить жену, сидит в засаде у водопада и, дождавшись подходящего момента, сталкивает ее вниз.
Только мы живем внашей ветке реальности. Энни пришла ко мне, и я с ней расправилась.
Ничего тут не изменишь.
– Да, я сделал бы то же самое, – мучительно всхлипывая, повторяет Габриэль.
Я даже не пытаюсь с ним спорить – он в любом случае знает себя лучше, понимает, на что способен. Мой брат провел долгие годы в борьбе с собственным рассудком. Поэтому и сомневался в моей честности, когда я раз за разом повторяла: точно знаю – Энни убил не ты.
Габриэль и сам не мог поверить в собственную невиновность. Подсознательно считал, что способен был приложить руку к смерти жены.
Мы многое узнали друг о друге годы назад, и это знание хранится здесь. Оно выжжено огнем в земле у нас под ногами, им пропитаны корни деревьев и сам воздух бывшей коммуны.
Сила, выворачивающая время наизнанку… На смену двум детям, с надеждой смотрящим в будущее, пришли двое взрослых, запутавшихся в крепких сетях прошлого.
В конечном счете, мы говорим о любви.
А любовь – это скорпион.
Эпилог Нью-Йорк Декабрь
Мы с Габриэлем встречаемся на улице перед студией.
Это небольшое помещение наши продюсеры сняли на один день. Я приехала из Верхнего Вест-Сайда, Габриэль – из Виллиджа.
Он перебрался в Нью-Йорк месяц назад. Меня заранее не предупредил – позвонил уже из своей новой квартиры, где сидел среди коробок и ящиков.
Сомневаюсь, что переехал он ради меня. Прошло девять лет, и смысла играть в прятки больше не стало, вот и все.
Мы порой видимся, и даже достаточно часто, поэтому, если времени между встречами проходит больше обычного, я уже не беспокоюсь, что Габриэль снова исчезнет.
Сон у меня нормализовался, хотя так сладко, как в «Лестнице в небо», я все-таки не спала ни разу. Но, к лучшему или к худшему, засыпаю и просыпаюсь я примерно в одно и то же время, как любой добропорядочный человек.
Две недели назад, сидя за чашечкой кофе, Габриэль заявил: время пришло.
– Сообщу продюсерам, что мы готовы, – сказал он.
– Ладно, договорились.
Ни тогда, ни потом я его не спросила:Что ты собираешься рассказать?
Не знаю, что он планирует.
Студия располагается на первом этаже здания. Нас встречают две женщины – одна высокая, в черном, вторая – маленькая, в красной водолазке и в джинсах. Это наши замечательные режиссеры, Никки и Сандра. Обе терпеливые трудоголики, отличные профессионалы. Намерены пересказать старую историю как бы от лица Энни, уйдя в сторону от разнообразных домыслов, и представить публике образ погибшей женщины.