Предмет с легким звоном падает на пол.
Наклоняюсь и, не поднимая его, внимательно разглядываю. Хотя смысла в этом никакого – я и так понимаю, что нашла. С закрытыми глазами узнала бы.
Есть такие вещи, которые врезаются в память.
Я прекрасно помню, как Габриэль столкнулся с Сабриной Бреннер в день нашего приезда. Сообразила, что они не просто извинились друг перед другом, – между ними произошел легкий флирт. И образ заколки для волос в виде бабочки, которую Сабрина невольно поглаживала, разговаривая с Габриэлем, засел у меня в голове. Еще подумала тогда: точно так же она могла бы касаться кончиками пальцев щеки моего брата.
Эта самая заколка была на ней за три дня до смерти. А теперь она лежит в рюкзаке Габриэля.
Глава 27 Единственный город, что мы знали, Гудзон-Вэлли. Внешний мир Пятнадцать лет назад
Эмиль любил огонь.
Как только наступала весна и начинало немного теплеть, он заставлял нас разводить большие костры. Мы усаживались вокруг огня и слушали истории, которые Эмиль часами рассказывал с важным видом, пока малыши не засыпали у матерей на коленях, а подростки не принимались зевать. Он говорил, мы внимали. Эмиль питал слабость к подобным мероприятиям.
В тот год он решил, что время для костров пришло в декабре. Подумаешь, раньше обычного, еще зима – какая разница? Эмиль сказал – весна, значит, весна.
Прошла пара дней с момента нашего с Габриэлем разговора под старым дубом, и Эмиль собрал нас вечером у костра. Он был в хорошем настроении. Улыбался, сидя прямо у огня в своем теплом пуховике. Всего пришло, наверное, человек сто пятьдесят. Мы с Габриэлем заняли места впереди. За нами теснилось еще пять рядов слушателей, и мне не хотелось думать, как холодно тем, кто сзади.
Впрочем, в те дни я вообще была не готова думать о других. Ни о девочках постарше, которые меня не предупредили, ни о тех, кто младше, – их в свою очередь не предупредила я. Все равно не сумела бы никого спасти.
Эмиль потер ладони над огнем и приступил к рассказу.
– Однажды, – начал он, – маленькая девочка тяжело заболела. Ее отец был крестьянином. Он послал своих сыновей добыть воды из священного источника – хотел устроить дочери обряд крещения.
Мы предполагали, что историю Эмиль сочинил сам, однако спустя годы я нашла ее в толстой книжке сказок братьев Гримм, в общественной библиотеке. Называлась она «Семь воронов». Итак, парни потеряли по дороге кувшин. Разгневанный отец их проклял и превратил в воронов. Через много лет поправившаяся девочка – уже девушка – отправилась на поиски братьев. Спрашивала об их судьбе солнце, луну и утреннюю звезду – и все же нашла. В конце концов ей удалось снова превратить воронов в людей.