Сдерживая улыбку, я осторожно залезаю в его карман и нарочно прижимаюсь теснее, вот только Демид полностью сосредоточен на лице дочери. И то, как он смотрит на нее… это так сильно, что я не могу выразить на словах, что испытываю от этой картины.
Глаза мгновенно наполняются предательской влагой, и я спешу смахнуть капли с ресниц, а затем поворачиваюсь к двери, чтобы открыть ее.
Эти двое делают меня такой сентиментальной, что я то и дело превращаюсь в ходячую эмоциональную размазню.
Я поворачиваю ключ, и тишину в парадной нарушает глухой щелчок.
Стоит переступить порог квартиры, как воспоминания о той самой ночи тут же всплывают в моей голове. И сколько бы я ни пыталась их отгонять на протяжении нескольких лет, сейчас они врываются в мое сердце как к себе домой.
А я позволяю, потому что итог этой ночи спит на руках Демида.
Ведь сейчас, когда боль от предательства моего жениха и моей лучшей подруги растеряла свою силу, я спокойно обхожу те смутные эпизоды моей жизни и сосредотачиваюсь на другом.
На том, как я впервые зашла сюда и как эхом отдавались мои шаги в пустых тогда еще стенах. Как я смотрела в это окно, абсолютно сломленная перед неизвестностью, как комкала футболку на груди Демида и зачем-то поцеловала его…
Господи, так нелепо поцеловала, что потом не переставала извиняться перед ним, а он просто предложил мне теплый душ и еду.
Лапшу. Он заказал китайскую лапшу и кормил меня как маленькую упрямую девчонку. Слишком хорошо помню: частично недоделанная кухня, шкафчики без дверей и куча проводов. И мы, дразнящие друг друга и уплетающую лапшу.
Потом – разговоры по душам.
А после – секс на матрасе…
Мои воспоминания обрывают большие теплые ладони, скользнувшие под куртку, которую я так и не сняла.
– Что-то изменилось? – устало хрипит Демид и мгновенно окружает меня своим мужественным теплым ароматом, укутывая большими сильными объятиями.
– Да, – задумчиво шепчу я, покачиваясь в его руках. – Тут как минимум появились вещи и мебель.
– По-моему, я был счастлив и с матрасом. Пока ты не сбежала, – Демид прикусывает край моей скулы, и я хихикаю, уворачиваясь от него.
– Ну ты присматривай за мной получше.
– Да? – мурлычет он. – Наручники в кровати подойдут?
– М-м-м… звучит заманчиво. – А потом меня словно ударяют под дых: – Ох… – вскидываю подбородок и чуть поворачиваю голову, чтобы посмотреть на Демида. – Где Варя?!
Он ухмыляется и касается губами моего виска, сильнее прижимая меня к своей крепкой груди.
– Все нормально. Думаю, я справился.
Слишком самоуверенное заявление.
Я пытаюсь развернуться к нему, но Демид не ослабляет объятий, поэтому я спрашиваю, не глядя ему в глаза: