[10]А́льбертШпеер (нем. AlbertSpeer ; 19 марта 1905, Мангейм — 1 сентября 1981, Лондон) — государственный деятель Германии, личный архитектор Гитлера, рейхсминистр вооружений и боеприпасов (с 2 сентября 1943 года — рейхсминистр вооружений и военного производства) (1942—1945).
Глава 21
— Брезгуют, суки! — Яростно шипел Аркадий Валерьевич, идя к выходу. Ему казалось, что все присутствующие на приёме видели его позор — сенатор не пожал протянутую руку!
— Обсуждают сейчас…
Постников ошибался, он попросту никого не заинтересовал. Подумаешь, очередной нувориш мутного происхождения. Но если бы попаданцу сказали это… пожалуй, он обиделся бы ещё больше!
— А, бухгалтер мафии.
Рука зависла на несколько секунд, пока он осознавал слова сенатора. Кегресс успел отойти на несколько шагов, когда Постников наконец опомнился и опустил её.
— Пиздец карьере, — прошипел попаданец, напугав немолодую женщину, шарахнувшуюся от него с испугом в выпуклых карих глазах, — долго теперь не отмыться.
Приём, ради которого Аркадий Валерьевич вывернулся едва ли не наизнанку, оказался в итоге надгробной плитой на честолюбивых мечтах.
— Такие интриги провернул, такие деньги потратил, — билась в висок злая мысль, — и зря, всё зря!
Выйдя на крыльцо особняка, махнул рукой, ожидая машину к ступеням. Но обученный слуга то ли узнал о немилости хозяина к гостю, то ли ещё что… Как бы то ни было, на Аркадия Валерьевича он не отреагировал, только глянул через плечо и продолжил беседу с коллегой.
Это стало последней каплей, и попаданец сбежал со ступеней к машине, не дожидаясь, пока её подгонят. Мелкий, но ощутимый угол для тех, кто понимает…
— Ссуки, какие же суки! — Руки с силой сжимали руль, а губы белые от ярости, — машину не подогнали… Знали, суки, знали! Деньги за приглашение взяли, а потом посмеялись… и не докажешь ничего ведь, через третьи руки передавал! Посмеяться им…
— Ничего, ничего… попомнят ещё Постникова!
Приехав в собственную квартиру, Аркадий Валерьевич увидел подозрительно довольную Лайзу. Судя по мечтательного взгляду и раскрасневшимся щекам, она недавно вернулась с романтической прогулки.
При виде хорошенькой мордашки ярость начала было утихать. Мужчина представил, как сейчас разложит девушку на шёлковых простынях своей кровати… Хотя нет, в гостиной… в прихожей перед зеркалом, максимально грубо, чтобы стереть эту мечтательную улыбку, предназначавшуюся не ему.
— Сэр, — присела горничная-любовница в почтительном книксене, как это нравилось попаданцу, — позвольте вашу шляпу.
Отчётливо звучащее презрение в голосе Лайзы вздыбило ярость попаданца.