Не время для рефлексии. Пока истребители занимали позиции для атаки, бомбардировщики уже отмахали мили до русских кораблей. Времени мало. Пара «Сапсанов» форсируя моторы бросается в лоб на противника. Относительная скорость сближения под тысячу километров в час. Маленький верткий истребитель как комар, поди попади в него, когда турель не успеваешь поворачивать.

Четверка атакует с хвостовых ракурсов и фланга. Страх прошел, улетучился. Растворился без следа в холодной злости. Ручку от себя.

— Атакуем. Цели выбирать самостоятельно.

«Сапсан» соколом падает на цель. Тяжелая машина приближается, растет в кольцах прицелов. Видны огоньки пулеметов. Стиснуть зубы и не отвлекаться. Вся надежда на скорость. Мотор ревет, обогащенная топливная смесь из карбюратора хлещет в цилиндры, с крыльев срываются белые полосы разорванного в клочья воздуха. Кирилл в последний момент чуточку доворачивает самолет, ловит в прицел расплывчатый круг пропеллера и жмет гашетки. Самолет вздрагивает от залпа. Огненные струи впиваются в мотор «Летающей крепости».

Гигант даже не чувствует удар, так и прет дальше. Нет, уже проскакивая мимо, проваливаясь на нижний горизонт Кирилл успевает заметить тонкую струйку дыма из мотора врага. Ведомый держится рядом как привязанный. Вторая пара потерялась. К черту. Пора на повторный заход.

Русским везло. Верткие истребители с мощными моторами крутились вокруг бомбардировщиков как осы, атаковали парами и звеньями. Летчики не рисковали, постоянно маневрировали, старались наносить короткие удары, играючи выскальзывая из огневых секторов пулеметных точек противника.

Два бомбардировщика покинули строй. Гиганты шли со снижением, за ними тянулись дымные хвосты. Еще один «Боинг» вдруг вспыхнул под очередью авиационных пушек и плавно величаво ушел в последнее пике.

— На подранков не отвлекаться! Гад!

— Докладывает «Четвертый», — удивительно спокойным, чуть усталым голосом. — Заклинило руль высоты. Управляюсь элеронами и двигателем.

— Выходи из боя. Немедленно, — скрипнул зубами Сафонов.

— Понял, иду к «Синопу».

Строй бомбардировщиков потерял слитность. Появились разрывы между машинами. Этим моментально воспользовались воздушные волки с молниями на крыльях. Кирилл Никифоров буквально проскочил под крылом «Летающей крепости», перед глазами в считанных метрах перекошенное от страха и злости лицо воздушного стрелка.

— На! — короткий плевок пулеметами. Буквально в упор. Истребитель чудом не зацепил килем фюзеляж бомбера. Прямо по курсу в прицел лезет следующая машина смерти. Прапорщик стискивает зубы и рулем выбирает упреждение.