Через 25 минут соединение снова изменило курс. Теперь они бежали на чистый ост. Дальняя разведка отозвана. Патрули держатся в пятидесятимильной зоне. «Гинденбург» и «Выборг» имели все шансы проскочить. Тем более после первого раунда сражения за архипелаг у янки осталось не так много бомбардировщиков с подготовленными экипажами. Как всегда, сыграла сущая мелочь. Девице Фортуне стало скучно, и она игриво вильнула нижними полушариями.
Остров Кюрасао принадлежит Нидерландам. Старая колония, которую голландцы даже хотели продать в виду хронической убыточности, но не нашли покупателя. В прошлом году правительство метрополии подписало капитуляцию, однако колонии попали в подвешенное состояние. Формально они не воевали и не проиграли. На них никто из европейцев не претендовал. Однако нейтральный статус не помешал японцам атаковать Ост-Индию.
Что касается Кюрасао, то местная администрация быстро сообразила, что нейтралов убивают первыми. Надо прицепиться к сильному союзнику. Выбор пал на Соединенные Штаты. Это решение аукнется впоследствии, когда сверкающая драгоценность тропического острова с другими такими владениями полетит в кучу в секторе «добыча». Но мало кто просчитывал дальние последствия. Зато ближние не замедлили сказаться.
В июле 41-го на Кюрасао работала американская комиссия. Янки спешно готовили лагеря и позиции к размещению своего гарнизона, расширяли аэродромы. Так получилось, сообщение об ударе по Панаме достигло острова. Возглавлявший представительство полковник Коннери ничего не мог противопоставить авианосцам европейцев, кроме личного оружия своих офицеров. Но зато на острове базировалась полуэскадрилья Нидерландских ВВС. Именно эти восемь самолетов задействовали в поиске. Именно экипажу «Фокера» посчастливилось обнаружить соединение, передать координаты, заработать ордена и найти смерть от снарядов и пуль «Сапсана».
В каждой армии свои правила, свои схемы связи, свои циркуляры, четкие инструкции и регламенты передачи информации. Так вот, в отдельном командовании обороны Карибского бассейна все это только устанавливалось. Командиры частей смутно представляли свои зоны ответственности и компетенции, это приводило к утечкам информации, заставляло разведку противника потирать ладони и восхищаться незамутненностью сознания у янки, но зато резко ускоряло прохождение сигналов. Не всегда, но тут многое зависело от личностей. Полковник Коннери и был такой личностью. Координаты с разведчика он транслировал в эфир открытым кодом и переслал шифровку своему старому приятелю на аэродроме Мартиники.