— Как видите, мы идем Карибским морем. У нас в эскорте только крейсера. Наша задача разнести к чертовой матери шлюзы Панамского канала. Полетные задания перед операцией выдаст Константин Александрович. Удар наносят пикировщики и бомбардировщики с «Гинденбурга», наша задача опекать немцев как любимых жен и сестер в интересном положении, — послышались смешки. — Мы должны довести их до цели, прикрыть, очистить небо и сопроводить до палубы. Вы не первый день в воздухе, понимаете — цель точечная, очень сложная. Поэтому именно на авиаотряд «Выборга» возложена задача: обеспечить бомбардировщикам полигонные условия. Повторной атаки не будет. На этом все. Полагаю, каждый выполнит свой долг. Вольно. Разойтись!

Соединение бежало экономическим ходом на дистанции в сто-двести миль от побережья Южной Америки. Полеты не велись. Командующие посчитали что шанс напороться на сильный отряд американцев куда ниже риска, что кто-либо заметит и опознает палубный самолет континенталов.

Вообще, операция при здравом размышлении попахивала авантюрой. Два авианосца и четыре крейсера слишком слабый отряд чтоб отбиться от серьезной эскадры противника. Русские и немецкие подводники, крейсера хоть и успели изрядно прочистить Карибское море, но судоходство здесь не прекращалось, особенно малый каботаж вдоль берегов Южной Америки. Расчет делался исключительно на факторе неожиданности и отвлечении всех сил Атлантического флота США на сражение за Наветренные острова.

Впрочем, операцию утверждали на самом верху. Риск гибели авианосцев после успешного удара считался приемлемым. А если отбросить в сторону эмоции, то холодная логика штабных офицеров говорила: у противника только один авианосец, базовая морская авиация на Кубе и Эспаньоле занята и раздергана. Наши поврежденные корабли вполне могут укрыться и интернироваться в портах Венесуэлы и Колумбии.

Погода радовала, слабый ветер, легкое волнение, солнечно. С разбежавшихся по флангам крейсеров несколько раз радировали предупреждение о нейтральных судах, но так никто на перерез курса и не вылез. Видимо, разгоревшееся на осте грандиозное сражение заставило судовладельцев зря не рисковать, от берегов не удаляться, тем более все давно уже поняли: даже нейтральный флаг в наше дурное время никому и ничего не гарантирует.

Двое суток ничего не происходило. О приближении к цели летчики узнали, когда пришел приказ готовить машины к вылету. Заправляли самолеты, проверяли оборудование, оружие с вечера.

— Смотри, тоже засуетились, — Кирилл кивнул в сторону «Гинденбурга». Оба авианосца сблизились, шли на дистанции в четыре кабельтова.