Он помолчал, и я услышал, как он усмехнулся.

— Мои возражения по её кандидатуре отвергнуты. Меня даже удостоили звания женоненавистника и семейного тирана, — Виктор Семёнович неожиданно задорно хохотнул. — Но для тебя это прекрасно, теперь проблемы медицинского института, да и вообще всей сталинградской медицины будут где-то на заднем плане. Она, кстати, уже предложила создать на общественных началах городской медицинский совет, который будет заниматься всеми проблемами в этой области. Так что вот такие у нас пироги.

У Виктора Семёновича, похоже, отличное настроение. Дела ладятся, проколов особых нет, так, мелкие недочеты. Чего же тут не радоваться.

— Так что завтра с утра дуй на опытную, потом проводи заключительное собрание со своим политехом. Задача ясна?

— Так точно, товарищ второй секретарь.

— Вот и отлично. Сегодня у тебя еще есть возможность ночью отдохнуть как человек. Завтра уже не гарантирую. Ориентировочно в полночь встречаем американца.

«Да, дела, — подумал я, положив трубку телефона. — Вот я и начал продвигаться по партийной линии. Даже на фронте молодые люди так стремительно не продвигаются. Молодые комбаты, безусловно, есть, а вот полками в девятнадцать еще никто не командует. Как, например, было в революцию и Гражданскую. Член бюро горкома и заведующий объединенным отделом — это на самом деле круто. Смотри, Гоша, не сверни шею и нос не задирай».

Назначение Ксении Андреевны очень логичный шаг. Она без раскачки включилась в работу и занимается всеми проблемами сталинградской медицины. У нас с ней еще даже толком не получилось побеседовать. Виктор Семёнович практически в горкоме и живет, а у неё, наверное, еще даже нет постоянного спального места. Но благодаря таким, как она, в нашем разрушенном городе не было эпидемий и существует медицина. В некоторых местах врачи работают еще в землянках, но наши люди получают всю возможную сейчас медицинскую помощь.

«Андреевой, глядишь, и какую-нибудь каморку там наконец-то дадут. Общежитие надо будет строить одним из первых», — пришла мне в голову неожиданная мысль в завершение обдумывания услышанных новостей.

Выполнить распоряжение Виктора Семёновича и отдохнуть у меня не получилось. Я лег в постель, и даже простое ночное лежание в постели и в тишине все равно отдых, да только сон решил ко мне не приходить.

Стоило моей голове коснуться подушки, как накатили мысли о Машеньке. Мне вспомнились её стреляния глазами и ямочки на щеках, когда она улыбается. И тут же захотелось снова поехать в гороно, увидеть её еще раз, поговорить. Я даже представил, как она смотрит на меня своими огромными глазами, и сердце забилось чаще.