— Очень просто, товарищ лейтенант, — Василий ухмыльнулся. — Вы думаете, почему они так шустро всё вокруг разминируют? У нас тут фронтовики интересные имеются, которые знают, где немцы любили мины ставить. А потом, вы знаете, пёс к нам приходит, большой такой, дворняга. Поймать не можем, как ни пытаемся, убегает. Но заметили, если как над одним и тем же местом несколько раз стоит и лает, значит, ищи там мину. Вот и указываем саперам места, где проверить надо.

Я смотрел на Василия и не мог поверить в правдивость его рассказа, хотя война научила верить в самые невероятные вещи и уже понавидался такого, что оторопь брала, когда вспоминал. А уж что память Сергея Михайловича тут же выдавала из своих немалых жизненных запасов… Но этот рассказ про бездомную собаку-самоучку…

— Надо как-то с псом договориться, — сказал я, когда ко мне вернулся дар речи. — Приручить его, накормить, сделать официальным помощником саперов.

— Да мы пытаемся, товарищ лейтенант, — вздохнул Василий. — Но он тут же уходит куда-то в развалины, как только мы к нему приближаемся. Боимся очень, как бы его кто случайно не подстрелил, ведь бродячих собак у нас стреляют, чтобы не распространяли болезни.

— Да, — покачал я головой, — задача, однако. Надо будет это дело как-то организовать, может быть, через ветеринарную службу.

— Ребята-саперы говорят, у них со дня на день какой-то важный офицер из госпиталя вернётся, их командир. Они уверены, что он с собакой договорится, он, видите ли, всегда с животными общий язык находит.

— А что за порода у пса?

— Пёс, наверное, большой будет, если кормить хорошо, а сейчас исхудал, шкура да кости. А порода скорее дворняжка, обычная русская дворняга, умная очень.

— А лучше что, не получается кормить?

— Так не берёт, сразу же уходит. Положишь в миску больше обычного, он понюхает и уходит. Боится, видимо или учёный больно.

Поэтому пока в нашем Блиндажном с едой неплохо. От пуза никто не ест, но немного к достаточно скудному пайку, который выдают на человека по карточкам, ребята решили из своих запасов добавлять, чтобы силы были работать.

Когда мы, возвращаясь с тракторного завода, заехали к себе в расположение, то Василий, как только я сказал, что мы едем к управляющему горстройтреста, вручил мне небольшой продовольственный пакет, завёрнутый в чистую тряпицу. В нем был сахар граммов двести, по двести граммов солёного сала и вяленого мяса и две большие испечённые вчера вечером ржаные лепёшки по килограмму каждая. По этому поводу вчера вечером Василий провёл среди своих собрание, и они единогласно так постановили.