— Интересно, никогда не слышал о таком, — пробормотал Шачин, внимательно читая текст. — Ты написал, что специалисты, присланные Весниным, в курсе дела и за сегодня разработают всю техническую документацию?
— А что её разрабатывать-то? — пожал я плечами. — У них есть экземпляр «Наставления», написанного самим Челиевым. Прочитал, изложил современным русским языком, нарисовал понятные картинки, и готово дело.
— Твоя правда, Георгий Васильевич, — согласился директор. — Думаю, для восстановления разрушенных невысоких зданий в два-три этажа годится без вопросов. Ценно, что старую штукатурку и практически строительный мусор можно использовать как сырье. А у нас сколько всего практически в пыль превратилось! И это, если я правильно понял, можно сразу же использовать, без дополнительной обработки?
— Совершенно верно. Главное, правильно обжечь и потом измельчить в порошок.
— С этим давай так поступим, — решительно сказал Шачин. — Я своих инженеров озадачу прямо сейчас, и мы завтра же попробуем сделать первую пробную партию. Как он там, этот Челиев, писал? Обжиг почти сутки, и сорок восемь часов остывание, а потом измельчать, и готово?
— Да, что-то в этом роде. Точные цифры в инструкции есть.
— Через четыре дня приезжай специально этот самый мертель принимать, — Шачин встал из-за стола, протягивая мне руку. — Посмотрим, что у нас получится. Если всё пойдет, как ты обещаешь, это будет большое подспорье. А сейчас, извини, больше не могу совещаться. Так что давай заканчивать. Договорились?
— Договорились, Василий Сергеевич.
Мы пожали друг другу руки. Крепкое рукопожатие директора завода «Баррикады» вселило в меня уверенность. Дело сдвинулось с мертвой точки, и теперь оставалось только работать.
Результат моей поездки на «Баррикады» на самом деле был вполне закономерным. На руководящие посты в городе выдвигались те, кто реально был способен на какие-то нестандартные решения, те, кто мог взять ответственность на себя и рискнуть. В разрушенном Сталинграде не было места для бюрократов, привыкших прятаться за спины вышестоящих начальников и ждать указаний сверху. Нужны были люди, способные действовать быстро, решительно и брать на себя всю полноту ответственности за принятые решения.
И директор Шачин был именно из таких людей. Ему поставлена, по мнению многих, практически невыполнимая задача, но он даже не рассматривает для себя возможности её не выполнить. Василий Сергеевич думает только о том, как это сделать, какими путями достичь результата, какие ресурсы задействовать. Именно такие хозяйственники и были сейчас нужны городу как воздух.