— Читайте, Алексей Семенович. Внимательно.

Чуянов взял листы и углубился в чтение. Маленков тем временем наблюдал за ним. Георгий Максимилианович был опытнейшим аппаратчиком и отлично видел, что у Сталина возникла стойкая антипатия к руководителю Сталинграда и области, и что никакого награждения Чуянова не будет. Причину этой немилости он точно не знал и мог только предполагать: скорее всего, дело в эвакуации населения или её отсутствии. Но детали были не так важны. Важно было то, что судьба Чуянова предрешена.

И более того, Маленков понимал, что только опасения обрушения управляемости важнейшим городом, пусть и разрушенным, удерживают Сталина от немедленной смены руководства. Из этого вытекало, что при первом же удобном случае руководство в Сталинграде сменится. И неслучайно старый соратник Верховного по Гражданской войне поехал туда вторым секретарем горкома партии. Андреева готовили на место Чуянова, такой вариант был вполне возможен.

Прочитав заключения Веснина и Гинзбурга, Чуянов понял, что предложение Хабарова встретило поддержку на самом высоком уровне, и в душе возликовал. Это давало шанс. Это давало надежду на то, что жилищную проблему Сталинграда можно будет решить не через десятилетия, а гораздо быстрее. Но он также понимал, что это была только даже не половина успеха, а всего лишь треть. Впереди еще заседание ГКО и решение Верховного.

Второй третью был вопрос строительства нового цементного завода для обеспечения восстановления города. Маленков, выдержав длинную театральную паузу, без всякого перехода начал быстро говорить именно об этом:

— Ваше предложение о строительстве нового цементного завода вполне разумно и своевременно, Алексей Семенович. Я поручил товарищу Гинзбургу к семнадцати часам подготовить наброски плана строительства. Срок — максимум полгода на пуск первой очереди. Народный комиссариат строительства поможет, перебросив к вам некоторое количество специалистов, эвакуированных ранее с Украины и из Новороссийска. Также они помогут с оборудованием: там есть демонтированное, но целое. Но основное — это ваши внутренние ресурсы: рабочая сила, местные материалы, организация работ.

Маленков сделал паузу, внимательно глядя на Чуянова.

— Но все это планы на перспективу. Завод будет, но не завтра. А что вы собираетесь делать с жильем прямо сейчас, в ближайшие месяцы?

Чуянов тяжело вздохнул. Текущую ситуацию можно было описать только русской поговоркой: куда ни кинь — всюду клин. Он понимал, что честный ответ не понравится, но врать было нельзя и бессмысленно.