— Мя, — сказал Перец.
— С утра соглядатай, теперь бумага. Интересно, что к обеду подвезут.
Утешало одно: выигрыш со ставки, взятый наличными через конопатого, ни в каких ведомостях не значился. Две недели у меня есть, и Греков о них не знает.
***
Разбор вчерашнего выхода поставили первой парой, в аудитории с доской и запахом резины из спортзала за стенкой. Савельев вошёл и поздоровался.
— Начнём разбор полётов, — сказал он.
Первой Савельев выставил на стол банку, в которой лежало что-то серое и плоское, как подошва.
— Это студень пары девять, единственный за вчера. Доставали его, похоже, той же рогатиной, которой убивали. Скупка оценила находку в четыре рубля и приложила записку. Зачитывать не буду, она эмоциональная.
Он повернулся к паре девять.
— Одиннадцать крыс, одиннадцать черепов, ни одного мимо. При таком постоянстве я обязан рекомендовать вам снайперскую школу. Там хотя бы официально признают, что вы целитесь в голову специально.
Пара девять переглянулась.
— Мы не специально.
— Тогда это ещё хуже. Похоже на фамильное проклятие.
Я вспомнил табличку у турникета — про проклятия без очереди.
— Второй учебный, гадюки, пара Гантимурова. — Савельев перевернул распечатку. — Четырнадцать подтверждённых, ранений нет, только туши пошли из Разлома впереди курсантов.
— Так руки свободны, — сказал с третьего ряда Гантимуров.
— Свободны, — согласился Савельев. — На входе стоят двое с рогатинами ровно затем, чтобы из Разлома ничего не выходило само.
— Я крикнул, что это туши.
— Изнутри не слышно, каёмка звук не пропускает. Скупка сбавила цену: хвосты в дырах от рогатин. Дежурный Пахомов просит внести его в ведомость долей. Работал.
Группа засмеялась, Гантимуров — нет.
— Впредь выносите руками. Как люди.
Дальше пошли сектора, по одному, с цифрами. На нашем Савельев сделал паузу.
— Сектор три. Матка сверх ведомости, двадцать три подтверждённых, зачёт. — Он поднял глаза. — Тихомиров. В отчёте наблюдателя написано: «уронил тушу. Удачно».
— Скользкая была.
— Крысы с вами согласились, ушли к ней и пропустили Гуляева. — Он сделал отметку. — Наблюдатель Крамарь пишет слово «удачно» второй раз за год. Первый раз — про себя. Постарайтесь без урожая совпадений, кандидат.
— Приложу все усилия.
— Вот усилий как раз не надо. От ваших вчерашних усилий в ведомости завелась матка.
Группа осторожно посмеялась.
Из отчётов наблюдателей Савельев зачитал напоследок одну выдержку — голосом человека, который эту работу не выбирал:
— «Фамильяр кандидата Тихомирова вёл наблюдение за наблюдателем. Прошу уточнить, кто кого страхует».