Ближе к вечеру четвертого дня дилижанс прибыл в маленький городок неподалеку от замка. Толком осмотреть я его не успела — как и было оговорено, меня уже ждал молчаливый и седой кучер в карете, запряженной двумя тщательно вычесанными пыштами серой масти. На двери кареты я рассмотрела герб.
Что-то вроде вставшего на задние лапы медведя, щита и огня.
И мы довольно резво поехали по каменистой дороге, сначала в сторону леса, потом вдоль серого поля, больше похожего на болото с кочками, и дальше, преодолевая холмы с небольшими кустарниками. Пару раз попадались дворы на несколько домов, но они и правда выглядели безлюдными. Потом началась непролазная лесная чаща, будто бы сам лес желал зарастить путь к проклятому дому…
Деревья расступились неожиданно, и я снова выглянула в окно, чтобы посмотреть, что там такое. А потом и вовсе крикнула кучеру остановиться и вышла из кареты, замершей недалеко от распахнутых ворот, в которые мы въехали.
Эрендор выглядел… величественно, мрачно и также безлюдно, как и окружившая его местность. Перед главным входом было что-то, напоминающее сад — во всяком случае, за лужайками точно ухаживали. Чуть размытая дорога вела прямо к крыльцу.
Само здание производило впечатление легкого запустения — сухие ветки плюща, серый и сырой камень, застывшие на главной башне стрелки часов, блеклая черепица. Но окна блестели настоящим стеклом, и я не увидела в стенах ни прорех, ни выбоин или обвалов.
Вздохнула, подавляя нервную дрожь и вернулась в карету.
— Едем.
— Вы выглядите гораздо моложе, чем я ожидал…
Я вздрогнула от слов, прозвучавших в полной тишине, и резко обернулась.
В полумраке огромного безлюдного холла, выглядящего не то что бы запущенным, но унылым и жутковатым, мужской голос прозвучал тоже… жутковато.
Кучер сам открыл дверь, занес мои довольно объемные саквояжи и тут же вышел, оставив меня одну, и я какое-то время простояла в ожидании… Не знаю кого. Дворецкого, слуг?
Дождалась.
Только вот на дворецкого стоявший на широкой центральной лестнице мужчина ничуть не походил.
Распахнутый камзол, шитый серебряными нитками жилет, белоснежная рубашка с широким галстуком — я-то теперь знала, с каким трудом достигается подобная белизна — прямые темные брюки и короткие, каштановые волосы…
Хозяин?
Я присела в неглубоком реверансе, которые сумела таки подсмотреть и отработать — надеялась, что сумела, полноценных зеркал на своем пути я не встретила — и осторожно спросила:
— А вы…
— Простите, — мужчина сбежал по ступенькам и слегка поклонился. Не хозяин — тот бы не стал кланяться прислуге. — Я порой забываю о манерах, не имея возможности… их демонстрировать. Мэрр Эйкоб Корни. Управляющий.