Но сам Себастиан? Ведь с его точки зрения я также…вмешивалась в сложившуюся здесь жизнь. И получается вэй-ган — или замок — это принял?
С чего бы?
Я чувствовала нарастающее недоумение и потребность хотя бы с помощью книг разобраться, что за жизнь вдохнули много веков назад в каменные стены. Последние дни их мрачность будто снова сделалась менее заметна — во всяком случае я не ощущала такого давления, как в первые дни приезда невест — быть может это что-то тоже значило?
Но вместо того, чтобы искать соответствующую информацию, когда я все-таки добралась в библиотеку в тот суетной день, я направилась к шкафу, посвященному местному обществу и этикету.
И действительно нашла там нужные схемы.
Черт, такие же запутанные, как выкройки «Бурда» из моего детства…
— Дорогу осилит идущий… — подбодрила себя и принялась за изучение этого пособия…для тех попаданок, кто ни разу не занимался фитнесом. И спустя какое-то время я нашла таки «риерол» — тот самый первый «ручеек» — показавшийся мне самым невинным из этих жутких развлечений под названием «танцы» и, ежесекундно заглядывая в книгу, попыталась воспроизвести то, что я видела на схемах и в описаниях. Ну и вживую.
Получалось однозначно нелепо.
И так неуклюже, что в какой-то момент я наткнулась на узорный торшер, зацепилась подолом, неловко взмахнула руками и…
Мое падение остановила метнувшаяся тень.
Я замерла.
Оказавшись прижатой к широкой мужской груди.
— И чем вы здесь… занимаетесь?
Вот что мне ответить?
Может, вообще не отвечать? Погладить по серой шерстке… или против шерстки…
Вздохнула, и осторожно… хм, выползла из мохнатых объятий. И сделала несколько шажочков назад. А потом посмотрела на весьма озадаченного вэй-гана.
Прям специалистом стала по выражению его морды.
— Ну я… танцую, — сказала, отводя взгляд.
— Танцуете?
— Танцую, — прозвучало уверенней. — На приеме не довелось ведь…
Ох, ну что я несу!
— А почему вы танцуете… вот так?
— Как? — я понимала, что действую внаглую, но что мне оставалось? Интересно, хватит ли у него цинизма сообщить, что танцую я отвратительно? Или подозрительности — понять, что я не могу быть выпускницей столичной школы?
— Одна, — нашелся вэй-ган. Не хватило, значит…
— Так вы же разогнали всех, — пожала плечами. Мои высказывания не казались мне адекватными, но, во-первых, я была слишком взволнована происходящим, чтобы мыслить здраво и скромно. А, во-вторых, может они были не так уж плохи? От вэй-гана волнами расходилось почти физически ощутимое изумление, граничащее с… безудержным весельем. А это значило, что его-то мои ответы не только развлекли, но и неплохо отвлекли от того, что он увидел.