В тот момент, когда сознание моё начало мутиться, когда темнота застелила взгляд и холод сковал пальцы, я вдруг перестала барахтаться, силы закончились, стало всё равно и… что-то сдавило грудь, вода полилась из меня, оставляя горечь и царапая горло. Меня стошнило, и я открыла глаза. Лежу на парапете у бассейна, мокрая, дрожу, а надо мной стоят люди и удивлённо, испуганно смотрят. Рядом со мной, на коленях, парень пытается привести меня в чувство.
– Вот дебилка, ты что, плавать не умеешь?
Нет. Мотаю головой.
– Давай, – он помогает мне встать, – пошли. Чего уставились, продолжаем тусить! – крикнул в толпу, и все снова заговорили, задергались и начали расходиться.
Меня привели в комнату. Я вошла, остановилась, дрожу всем телом. Это спальня. В какой-то момент я повернулась и замерла. Дверь закрылась, а у двери стоит Давид. Осматривает меня мутным взглядом.
– Ну, как ты, сейчас принесу полотенце, – он не торопясь подошел к шкафу, открыл его и обернулся, осмотрел меня полностью, с ног до головы, – снимай платье.
– З-з-зачем? – мои зубы стучат.
– Нужно промокнуть воду, ты можешь заболеть, – говорит, медленно подходит и протягивает мне полотенце.
Я словно зависла в невесомости, смотрю на него и не верю в то, что происходит. Он рядом со мной, очень близко, почти вплотную.
– Давай я тебе помогу, – говорит и трогает подол мокрого платья, тянет его вверх, мне приходится поднять руки и позволить стянуть с себя платье.
Стою теперь перед Давидом в одном белье. Не шевелюсь, вообще ничего не делаю. Застыла. Давид окидывает взглядом меня всю полностью, на его лице появляется сосредоточенное выражение, будто пытается анализировать то, что видит.
– Ты красивая, – произносит медленно и пьяно.
И в этот момент я словно проснулась, поняла куда попала.
– Я хочу домой, – быстро протянула руку, взяла своё платье из его рук.
– Не торопись, – сказал он и погладил мои волосы освободившейся рукой.
– Нет, я должна идти, – пугливо смотрю в его глаза.
– Тихо, – второй рукой обхватил меня за талию.
– Не надо, отпусти, – говорю неуверенно.
– Не бойся, я не сделаю тебе ничего плохого, – он склоняется ко мне.
Дыхание сливается с моим, лицо Давида приближается к моему, точно так, как я видела во сне, его губы касаются моих.
Дернулась, но сильные руки сжали меня как будто в тиски.
– Не надо дергаться, ели хочешь, чтобы было хорошо, – прошептал на ухо и потянул меня к кровати.
– Прошу тебя, – шепчу, но понимаю, это не поможет.
-–
Какое-то время после вечеринки я думала, что он придёт за мной. Ждала.
Иду домой из магазина и оборачиваюсь, не стоит ли машина, не смотрит кто на меня, не ждёт ли. Но никто меня никогда не ждал.