Мама сразу затихла.
– Так. И кто он такой? Строитель, таксист или кто? Вот оно тебе надо?
– Он бизнесмен. У него свой бизнес, – произношу категорично, словно защищаясь.
Слышу, как мама тяжко вздохнула в трубку.
– Лиза, а ты знаешь, что эти богатые затягивают вот таких хорошеньких дурочек, как ты, и заставляют заниматься древней профессией.
– Ты меня совсем не слушаешь, – уже и я раздражаюсь.
– Я знаю наперед, что ты скажешь. О, Господи, и зачем только ты туда поехала? Какой-нибудь аферист запудрит тебе мозги, а ты и рот откроешь…
Разговор никак не клеится, мама не даёт мне слова сказать, я пытаюсь вставить хоть словечко.
– Мама, он – отец Ани! – говорю громко.
Угрожающая тишина на том конце.
– Лиза, что?
– Это Давид Сафаров. Он – отец Ани и внук Тамары Андреевны.
– Значит, вот почему она такая добренькая с нами, – и снова тишина, а потом строгое, – Лиза, ты сейчас у него?
– Да, – отвечаю с вызовом.
– Понятно. Даже не буду спрашивать ничего. Мне надо подумать. Всё, давай, потом перезвоню, – она отключилась.
Я положила телефон на столешницу в кухне, скрестила руки на груди. Задумалась. Постояла так минуту, подождала. Тишина. Ну, что же, ей нужно чуть больше времени, чтобы переварить мной сказанное. Я-то много лет знала кто отец Ани, а она узнала только сейчас. Понятное дело, ей нужно время, чтобы все обдумать.
Через десять минут звонит телефон.
– Алло, мам, послушай, – говорю, пока она не стала выдавать свою гневную тираду, – я знаю, что ты сейчас скажешь, и не буду ни в чём оправдываться, просто хочу, чтобы ты поняла, я не собиралась встречаться с ним и его не искала. Тамара меня к нему прислала.
– Значит, она знала?
– Я не знаю, может быть догадывалась.
– Понятно. И что теперь? Ты у него, что это означает? – спрашивает мама строго.
Я вздохнула.
– Не знаю, мам, но мне кажется, скоро мы приедем.
– Мы?
– Да. Я и Давид.
– Ну, что же, посмотрим. Ладно, – выдохнула она в трубку, – Тогда буду вас ждать.
– Хорошо. Как малая? – я постаралась перевести разговор на дочь.
– Всё хорошо, сейчас в саду.
– Передавай привет и звони, если что, – говорю успокаивающе, ей, наверное, сейчас точно не помещают успокоительные.
– Конечно, позвоню. Раз ты не работаешь, теперь уж, будь уверена, буду звонить чаще, – кажется, голос мамы подобрел.
Всё идёт своим чередом, кроме того, что теперь я знаю, у меня есть дочь.
Я отец шестилетней девочки. Непривычное состояние захватило и не отпускает. Всего сутки, как я узнал эту новость, но во мне в который раз всё переменилось. Думаю, уже безвозвратно и навсегда.
Как в тот ужасный день, во время учёбы в универе, когда мне позвонили и я узнал о гибели родителей.