– Потому что меня не провожали с оркестром.
– Ты что, сбежала из больницы? – нахмурился Давид, – ты понимаешь…
– Я понимаю, – сказала она спокойно, открыла шкафчик и достала тарелки.
Она, как для больной после сердечного приступа что-то уж очень бодренькая.
– Ты больна, тебе нужна помощь…
– Дорогой, если я начну лечить всё, что у меня болит, я никогда не вылезу из больницы.
– Но это тебе же на пользу, – возмущается Давид.
– Мне на пользу, быть, может быть, последние дни со своей семьёй. Вот это мне на пользу. А не валяться и целый день щёлкать каналы на телевизоре.
– Но…
– Хватит! Я сказала – нет, значит – нет! И больше не хочу об этом говорить. Лиза, иди, помоги мне, – сказала она и я поспешила к кухне.
Мы с ней на пару быстро приготовили завтрак и уже за столом, когда Давид уплетал глазунью, Тамара строго сказала:
– Кстати, ты уже сделал ей предложение? – указала на меня быстрым взглядом.
Давид перестал есть, закашлялся, чуть не поперхнулся и после глотка воды снова начал жевать.
– Я думаю над этим, – ещё раз кашлянул.
– Поторопись, дорогой, я не вечная, но хочу побывать на вашей свадьбе, прежде чем… ну, ты понял.
– Ладно, – он продолжил есть, а мне стало так неловко, что я сильно покраснела.
Давид вдруг положил вилку, выпрямился, посидел так минуту, глядя в тарелку, а потом встал из-за стола. Повернулся ко мне и вдруг опустился на одно колено.
Теперь я чуть не поперхнулась. А Тамара только улыбнулась и смотрит на Давида, словно говоря ему взглядом «Ну-ну, давай, это не сложно».
– Лиза, – сказал Давид, потянулся, взял мою ладонь, – Лиза, послушай, я понимаю, ты может, скажешь, что это слишком скоро и мы ещё так мало знаем друг друга, но сегодня ночью я решил, сам решил – хочу быть с тобой всегда. Будь моей женой.
Сижу, моргаю, в голове творится непонятно что.
– Ответь же ему, – громким шепотом намекает Тамара.
– Ты согласна стать моей женой? – нетерпеливо смотрит мне в глаза Давид.
– Да, я согласна, – отвечаю, и улыбка пересекла его губы.
Я потянулась к нему, а он обнял меня и коснулся губами моих губ.
– Слава богу. Значит, всё было не зря, – услышали мы с Давидом и почему-то оба повернулись.
– Что не зря? – Давид прищурился.
– А… что… я что-то сказала? Не помню уже, старческий склероз. Говорю, чего, а сама не знаю, – отмахнулась Тамара.
Не знаю, как так получилось, обстоятельства или звёзды сошлись. Проговорил, своими собственными губами даже не дрогнул. От души и сердца шло.
И когда она сказала «Да», обрадовался. Реально. Свадьба так свадьба. Вообще, не понял, почему так просто согласился и принял решение.