Сергей Петрович, заскочив в Питер по делам, узнал на этот счет совершенно потрясающую новость. Оказывается рейтинг всяких дельцов резко повышался если им даже просто удавалось вступить в со мной по этому поводу в переговоры. А троюродный забор двоюродного плетня господина Кольцова, начавшееся наше финансовое сотрудничество просто спасло от краха.
Мне было фиолетово кто и как будет осуществлять какие-то мелкие текущие платежи и я согласился с предложением Кузьмы Ивановича. Он честно сказал, что его родственник почти банкрот и наше сотрудничество для него поистине соломинка для утопающего и если мы в результате понесем убытки, то это пойдет на его счет. Для меня риска получалось никакого, а Кузьма мог максимум потерять тысяч пять.
Но действительность превзошла все ожидания. Как только стало известно, что сей господин стал одним из моих финансовых агентов, абсолютно все кредиторы угомонились, дали необходимые отсрочки и даже предложили новые очень выгодные условия для перекредитования.
Так что я еще раз всё взвесил и решил начавшиеся новые российские дела открывать и имеющиеся развивать. Но делать это в кредит, предлагаемые условия были сверхльготные, чуть ли даром.
Сергей Петрович получив от меня карт-бланш с порученными делами справился на все сто. Берсеньевы стали нашими соседями, купив небольшую соседскую деревню южнее нашего новоселовского имения.
Елена Ивановна после многолетних скитаний и бытовой неустроенности занялась обустройством долгожданного семейного гнездышка. Посмотрев на экономическое устройство нашего имения, она приняла предложения Яна Карловича и все новое берсеньевское хозяйство стало частью нашего. Для многих их крестьян надо сказать это почти ничего не поменяло, прежний барин всю свою землю и так сдавал в аренду нам и своим крестьянам, которые все у него были на оброке.
На югах господа Охоткины быстро получили и приобрели у владельцев уже выделенных земель столько и там где было намечено, на левом берегу Днепра от Каховки почти до самых Казачьих Лагерей. Вдоль берега Днепра почти сорок верст и вглубь почти двадцать. Сейчас это дикая песчаная степь, где почти никто не живет, толькохутор Британ или Британы на берегу Днепра, да часть большого имения адмирала Николая СемёновичаМордвинова.
Сейчас ему восемьдесят три. Несмотря на возраст он уже пять лет председатель Вольного экономического общества, ипредседатель Департамента гражданских и духовных дел Государственного Совета, член Комитета министров и Комитета финансов, влиятельный акционер Российско-Американской компании и член её руководящих органов. В 1826-ом году, единственный из членов Верховного уголовного суда, отказался подписать смертный приговор приговорённым к казни декабристам.