Месье Анри Ланжерон тайну своих братьев-разбойников знал и когда попал в Россию сразу же нашел дом моего родителя и узнал его по описанию Шарля.

Когда я уехал в Европу он послал письмо своим братьям, рассказал об изменениях в своей жизни, напомнил о втором обещании и описал меня и Ивана Васильевича.

Когда наш отставной капитан появился в Париже, Шарлю сразу же дали знать, он «полевыми» делами последние годы занимался мало, предпочитая вести жизнь добропорядочного семейного буржуа в одном из предместий французской столицы и он сразу признал его, настолько точен был месье Ланжерон в своем описании.

Шарль в Кале оказался намного раньше Ивана Васильевича и провел свою разведку, превзойдя в этом моего Герасима. Он быстро нашел себе информатора среди персонала гостиницы и вечером его агентша оказалась в постели графа, которому показала высший пилотаж постельных утех.

А когда «уставшая» от любви дама якобы заснула, в графу пришел его племянник и они в соседней комнате начали тихо обсуждать свои дела.

Агентша Шарля была большим специалистом в подслушивании чужих разговоров и знала кучу языков, в том числе русский и польский. Поэтому она всёне только великолепно услышала. но и поняла.

Когда племянник удалился, изобразила пробуждение, подарила графу еще немного удовольствия и покинула графа, рассказав тому байку о ревнивце старике-муже, который должен утром вернуться из Парижа. Самое удивительное, что в эту чушь Белинский поверил.

Дамочка узнала о планах графа почти всё и подтвердила информацию Герасима и причинах такой «страстной любви» этих господ у моей персоне. Их сиятельство не только имели зуб на моего родителя за старую дуэль, но и считали, что его вине семейная жизнь графской четы не сложилась, детей не было, она оказывается была беременна от моего родителя и после дуэли травами вытравила плод, много после этого болела и рано умерла.

А русский оказался тем майором, которому я прострелили руку. Служба у него после того как-то не заладилась. И был он племянником графини и злополучного генерала Михайлова, который кстати от полученного после той дуэли удара благополучно отошел в мир иной. Этот факт кстати объяснил слова генерала, что мой родитель с юности был подлецом.

Их сообщник поляк набрал десяток своих земляков для организации нападения на нас по дороге в Россию.

Нас они хотели ограбить и всех убить, в том числе и мою супругу с её камеристкой. Увидев среди нас синьора Марино, граф предположил, что мы поедем в Италию и решил, что напасть на нас лучше всего где-нибудь южнее Парижа.