В комнату, бряцая железом, ввалилась присланная Дараном парочка и тут же нацелила на Мию с Лёхой свой арсенал. Молча, не сделав ни одного лишнего движения, не замешкавшись и не столкнувшись друг с другом или стоящей магичкой. Ясно, что эти трое — отлично слаженная и опытная команда.

Оглядев их, Лёха вернулся к происходящему в саду.

— Это честь, ваше высочество, — поклонилась принцу Лаура.

Выпрямившись, она громко объявила:

— Церемония принесения присяги состоится через десять дней. К этому времени требуется провести много восстановительных работ, потому я прошу гостей покинуть замок до заката. Боюсь, что каменщикам придётся работать днём и ночью, нарушая ваш покой.

Намёк все поняли правильно, но отреагировали по-разному. Одни принялись поздравлять новую главу клана, другие развернулись и молча покинули сад. Гарм, к некоторому удивлению пустотников, подошёл к Лауре, галантно поцеловал ей руку, тихо шепнул что-то на ухо и ушёл с непроницаемым выражением лица.

Лёха перевёл дух. Похоже, этот бой они выиграли. Напряжение, державшее его в состоянии сжатой пружины, отпустило и на смену ему пришла усталость. Миа тоже заметно расслабилась, задумчиво оглядела троицу охранников и спросила:

— Я хочу лечь и отдохнуть. Можно?

Магичка молча кивнула и Миа медленно, не делая резких движений, принялась отстёгивать перевязь с ножами.

— Да всё снимай, не стесняйся! — весело предложил один из стражников, с хитрыми глазами и рыжей шевелюрой. — Считай, что нас тут нет!

Лёха недобро покосился на весельчака, но Мие явно было глубоко наплевать на комментатора. В компании Дарана и големов Лауре никто не угрожал, а раз прибывшее подкрепление не убило их сразу, значит приказ остался прежним — просто охранять чужаков. И лучшее решение в этой ситуации — воспользоваться моментом и отдохнуть, заодно демонстрируя полное миролюбие.

— Поможешь? — попросила эльфийка и Лёха молча помог ей избавиться от тяжёлых и непривычных доспехов.

«Трахаться!» — радостно провозгласила Белочка, явившись в классическом голливудском образе демоницы: с рогами, копытами и хвостом.

«Не знаю как ты, а я уже успел затрахаться за это утро», — мысленно буркнул Стриж.

Сняв броню, Миа скинула кожаный камзол и сапоги, оставшись в мокрой от пота рубахе, облепившей тело. Не обращая внимания на одобрительные комментарии всё того же стражника-весельчака, она с блаженным вздохом рухнула в постель.

— Решите казнить — не будите, — буркнула эльфийка и закрыла глаза.

Притворяется, или реально уснула — Лёха поручиться не мог, но склонялся к последнему. Ничто так не выматывает, как бой и после адреналинового всплеска всегда приходит слабость.