Сказать, что молодой лейтенант обалдел от такой информации — значит, сильно преуменьшить. Свои эмоции двадцатилетней давности суровый «полкан» излагал исключительно обсценной лексикой, вплоть до знаков препинания. Оказалось, что доблестные воины, засев в засаду, соблюдали секретность настолько, что совершенно спокойно ходили за сигаретами — хорошо, что не за водкой, — в близлежащее село, охотно рассказывая местным, кто, где и за каким чёртом засел.

Лёха, слушая этот рассказ, откровенно охреневал, удивляясь, как так получилось, что горе-засадникам «по самое не хочу» не «засадили» бандиты. Наверное, боевики просто сочли, что ну его нахрен с такими идиотами воевать. Иного объяснения Стриж не находил.

Сам полковник на вопрос молодых лейтенантов «Да как так⁈» отвечал:

— Ну вот такое в те времена бывало.

Несмотря на комичность рассказа, Лёха накрепко усвоил простую истину: относись к засаде максимально серьёзно.

Как бы ни было скучно, как бы ни было страшно — помни о том, что враг не идиот. Скучно — найди способ тихо убить скуку, страшно — найди способ отвлечься.

Сам Стриж, если случалось ждать в засаде, успокаивался тем, что мысленно напевал любимые песни. Здесь же у него появился собеседник, говорить с которым можно, не открывая рта.

Но едва он задумался, какие вопросы задать демону о его мире, как карета резко остановилась. В оконное стекло стукнул кулак в латной перчатке.

— Выходите, ваше сиятельство, — с неприкрытой издёвкой сказал всадник. — Приехали.

«Началось», — подумал Стриж.

Никакого волнения он не чувствовал. Только облегчение: план удался и закончилось нервное ожидание. Теперь настало время действовать.

— В чём дело? — воскликнул он испуганным голосом, подражая Лауре. — Где мы?

— У любящего свёкра, — услышав глумливый голос Гарма, Лёха едва не подпрыгнул от радости.

Есть! Старый змей лично приполз сожрать добычу, не подозревая, что вместо испуганного птенца его ждёт змеелов.

Дверь распахнулась. Стрижа грубо ухватили за руки и выволокли наружу, прямо в придорожную грязь. Пышное платье с рукавами-фонариками, призванное скрыть фигуру, стремительно намокало и тяжелело. Тёмный парик, которым лже-графиня должна была скрыть белокурые локоны, съехал набок и, замерев на миг, упал в лужу.

— Что вы себе позволяете? — пискнул Лёха возмущённым девичьим голоском.

Он старался выглядеть напуганным, что в этой ситуации было не сложно, и, одновременно, оценивал обстановку.

А та совсем не радовала.

Змей прибыл во главе внушительного отряда. Человек двадцать, все конные, большинство закованы в латы, кроме четырех мужчин в лёгкой броне. Очевидно, боевые маги из тех, что больше полагаются на колдовство, чем на клинки. Несколько пустышек, безучастные лица которых скрывали маски, придавая им менее отталкивающий вид.