— Я проверил. Несмотря на все твои… сомнительные качества и приключения, ты всё же выжил. Более того, вышел из неприятностей не без прибытка. Предваряя твой вопрос — если бы не выжил, то это значило бы, что я ошибся, приняв случайность за судьбу, — разговорился капитан. И я вздрогнул. Блин, да он псих! У него, когда он говорил про судьбу, глаза фанатично сверкали, мимика менялась, даже тон! Вот попа-а-ал… И что за «судьбу» углядел этот долбанутый?

— Если верить психопрофилю, составленному Дельфиной, твоё текущее состояние может привести к деструктивным действиям, а сейчас это может навредить МОИМ планам, так что я нашёл возможным сообщить тебе о твоём предназначении.

Очень хотелось ответить матом… Но не стоило. Псих Фачилле, или у него «пунктик»… ни одно из этих предположений не отрицает того факта, что он натуральный засранец. Это факт неоспоримый. И отношение к «правам», «левам» и прочим моментам сосуществования человеков у него насквозь утилитарное. Иными словами, права и обязанности окружающих его людей, уважаются бывшим контом ровно постольку, поскольку ему это выгодно. В противном случае, плюнет он на любые установленные правила и прибьёт нахрен, если разгневается, например. Или и вправду выпорет «перед экипажем». И чёрта с два его кто остановит. Конечно, какая-то потребность во мне у Фачилле есть, и, кажется, она весьма плотно связана с его психическими отклонениями. Но прибить или выпороть меня, а то и просто выкинуть за борт летящего над океаном Обсерватора, это ему точно не помешает. Если уж он оставил меня на Писооке из расчёта: «выплывет — судьба, потонет — и хрен с ним», то здесь, на собственном корабле, он в любой момент может принять решение «хрен с ним». А островков, вроде Писоока или хотя бы той же песчаной банки, на которой я куковал перед встречей с Обсерватором, в начале всей этой эпопеи, я что-то в окрестностях не наблюдаю. На голоэкране виднеется лишь сияющий фулгуром океан, да небо в редких перистых облачках.

— Моя семья не одно столетие искало легендарный Сальваторе, — тем временем цедил слова конт. — И Фачилле… нашли его. Сейчас же лишь несколько дней отделяет меня, последнего представителя своей фамилии, от исполнения предназначения! — внезапно пафосно договорил капитан и… замолчал.

— А-а-а… пара вопросов, капитан Фачилле.

— Задавай, — посмотрел на меня как на насекомое этот засранец.

— А этот Сальваторе — это что? — ответом стала по-настоящему изумлённо поднятая бровь.

— Реттар, Сотирас, Сэйвёр, — перечислил он.

— Не знаю, господин конт, — пожал я плечами. — Понимаю, что какой-то «спаситель», но ничего о нём не слышал…