— Навигационный компьютер воздушного судна предоставил доказательства обратного, Тони Бланко.

— Я… ладно, чёрт с вами, — понял я бесперспективность пререканий — так можно договорится до того, что обсерваторские меня просто заломают, и оттащат на корабль под наблюдением профосов.

— Тоха… — раздалось от Олега.

— Забей. Не знаю, как они получили мою подпись: опоили, подделали…

— Навигационный компьютер фиксирует осознанность действий при подписании контракта, — раздалось от профоса.

— … или взломали этот комп, а лопоухие профосы, в результате, становятся соучастниками похищения и нарушения законов Писоока, — мстительно продолжил я. — Но сто шестьдесят дней. Не думаю, что я задержусь на корабле, где меня будут удерживать против моей воли. Могут убить, конечно. Но зачем? — в ответ на это заявление Бисмарк лишь нахмурился да пожал плечами. — Так что… до встречи, Олег. Передай привет Хелен и Саре! — улыбнулся я.

— До встречи, Антон, — не слишком весело улыбнулся партнёр.

— И что встали? — обведя недовольным взглядом закованных в доспехи конвоиров, я вздохнул. — Ведите уже, волки позорные!

И «волки позорные» повели. Бесила ситуация страшно, прямо скажем. А главное: на кой всё это Фачилле?!! Это же бред полнейший, тащить силой разнорабочего, оправдываясь фальшивым контрактом! Разнорабочего, перед этим внаглую брошенного им же, хрен знает где, без какого бы то ни было предупреждения, «по-английски», так сказать… А, ладно. Хотя есть у меня нехорошие подозрения, вплоть до расчленения моего тела белого, и распускания оного на органы… но сейчас я ничего сделать не могу: надо было либо сопротивляться в кабаке, без толку и проку ставя под угрозу Олега и девчонок. Либо идти. Да и потом… Ладно, разберёмся.

Взял себя в руки, с видом гордым дотопал с конвоем до причала. Хоть не вязали, сволочи такие. Да и вообще, весь путь до причального яруса мы прошли в тишине, а там, на причальной площадке, конечно же, возвышался Обсерватор. Красивый, зараза, но сейчас вызывающий только негативные эмоции. А ещё я судорожно ломал голову.

Дело в том, что насколько я понимаю, вычислители-компьютеры здесь делались по «древним лекалам». Ну, в плане программного обеспечения, «железа» и прочего. Про какие-то научно-исследовательские разработки в этом плане, и слыхом не слышно и книгом не читано. То есть, естественно, что-то местные умники делают-изобретают, но то же программирование, вроде как, отсутствует. Так вот, исходя из мне известного, навигационный комп действует в рамках неких «общих правил». Как и любой известный компьютер. То есть, получается, если комп Обсерватора сообщил компу Писоока что «Тони Бланко — контрактный матрос Обсерватора», то у этого корабельного компа должны быть железные основания для такого заявления. И вопли Его Высокомордия «потому что я так желаю!» навигационный комп просто не примет во внимание, хотя, например, прибить меня, по тому же распоряжению Фачилле, вполне может. Дверью прихлопнуть или контрабордажной системой пристукнуть. Но это будет зафиксировано… Впрочем — неважно. Важно то, что судя по всему, какая-то причина называть меня контрактником у компа имеется. Но я весь ум сломал, но так и не смог понять, какая! Ну не подписывал я с Фачилле контрактов, вот вообще никаких и никогда!