Поднявшись по ступенькам я обернулся в сторону оставленной мною компании пухлика: битая школота, придерживая друг друга за плечи и бока, скорбно удалялась вдаль, вроде бы в направлении остановки общественной платформы. Ну, туда им и дорога, решил я и выкинул недорослей из головы.

А этот Фабио продолжал тарахтеть: представил повара, официантку, служащего одной из окрестных контор — тут тоже угадал, хотя кургузый пиджачок серого цвета и забюрокраченная физиономия практически не оставляли возможностей для ошибки.

Остерия оказалась довольно большим заведением, расположившимся в двухэтажном здании, на первом этаже которого расположился общий зал с длинными столами и лавками вдоль них. Здесь же протянулась и длиннющая барная стойка, напротив которой в стене было прорезано большое панорамное окно с видом на веранду, заставленную столиками-диванчиками на четверых, и… коврики, скатёрки, пуфики. Такая, домашняя, на мой вкус — даже с перебором для кабака, «домашняя» атмосфера. Второй этаж был антресольным, по периметру здания, и, судя по всему, там располагались закрытые кабинки для любителей приватности.

Продолжая трещать, шустро нырнувший за стойку Фабио нацедил мне стакан какой-то водки-настойки, но, вскоре его трещание сменило тональность. В смысле, не прошло и пяти минут, как бармен любезно полюбопытствовал: кто я такой есть, как меня зовут, откуда я взялся такой красивый… и прочее, прочее, прочее…

— Матрос на корабле, — без деталей ответил я, потому как детали — моё дело, а в общем скрывать нечего. — Сдавал экзамен на аэра третьего класса. Тони Бланко.

— О мама миа! И как, синьор Бланко⁈

— Сдал…

— Мои горячие поздравления! И выпивка за счёт Остерии!

Тем временем в остерии появлялось всё больше народу. Видимо, обед, или что-то такое: рановато для конца рабочего дня. Но тут я не уверен — в Эриксе рабочий день мог быть и поменьше привычного мне, да и… впрочем, это не слишком-то важно. Куда больше меня волновал тот факт, что прибывающий в остерию народ добровольно-принудительно просвещался барменом, что «прекрасный аэр Тони Бланко» только что стал аэром третьего класса, и успел «указать место» банде хулиганов, пользующейся известностью в здешних местах. Это вызывало одобрительное тарахтение посетителей, ну и угощение выпивкой «героя дня». Пришлось улыбаться и благодарить, параллельно стараясь не переборщить с угощением. Я, вообще-то, поесть зашёл, а не нажраться в хлам!

Зато, по ходу общения с завсегдатаями заведения, выяснил несколько интересных моментов. Например, почему этот Конци вообще стал на меня нарываться и обзывался «клошаром». Последние были не просто четвёртым классом, а… безоружные. Культурный код Эрикса действительно предполагал оружие как значимый и статусный элемент облачения. И совершенно чиновного вида тип, бледный и невыразительный, носил на поясе или за спиной какой-нибудь тесак или шипастую палицу. Причём смотрящуюся на удивление органично, в большинстве своём, явно сделанную в «тон и стиль» костюму. Так вот, кнут-нагайка флагелло была мной выбрана из-за того, что не привлекала внимания. Что в Эриксе было довольно… непредусмотрительно. Потому что оружием, признаком класса, статуса (да и богатства — металл, как-никак) именно козыряли, выставляли напоказ. При этом понять, что у меня на поясе оружие — мог, в общем-то, практически любой аэр. Кроме великовозрастного «дитяти», который просто не присмотрелся повнимательнее, в своей опупенной крутости плюя на всех и вся. Зазвездился, в общем.