Я крепко сжимаю телефон в руке, судорожно сглотнув. В голове вертятся мысли о прочитанном и о том, что услышал от нее однажды, когда она призналась, что ей снятся кошмары, где ее избивают. Является ли это кошмаром или все же ее прошлой реальностью? Даже думать не хочу, что Бенджамин действительно поднимал на нее руку. Быть такого не может. Как вообще мужчина способен ударить женщину? Это же такое хрупкое, ранимое и нежное создание!

Оуэн:Можешь попытаться узнать что-то еще? Я знаю, что ты не нашел никакой полезной информации о том пожаре в их загородном доме, но, может, попробуешь еще раз? Что если обратиться к Ростлифу? Дело пахнет жаренным, не думаешь?

Если он откажет участвовать в этом, я сам пойду к Блэку. Меня крайне заинтересовало это и есть ощущение, что это первый толчок на пути к правде. Я должен узнать, что за хрень творилась с моей девочкой.

Моей девочкой?

Могу ли я называет ее так, когда она не слышит? Мне приятно думать, что она моя. Ну еще бы. Рядом с ней я становлюсь больным ублюдком, мысли мечутся по всему мозгу, а губы растягиваются в улыбке. А может, у меня вообще ОКР? Черт, мне так легко разбираться в диагнозах других, но в своем я вообще ни хрена не понимаю.

Мэйсон:Сделаю все, что могу. Только Лилит не говори, что я снова взялся за даркнет, ладно? Она это терпеть не может.

Вместо ответа отправляю ему смайл с большим пальцем вверх и снова перечитываю статью. Поскорее бы узнать всю историю. До последнего буду надеяться, что теория о том, что Бенджамин бил Мишель ложь. В конце концов, эту информацию мог предоставить какой-то недоброжелатель семьи Баум, верно? Нельзя верить всему, что пишут в интернете.

Тогда почему же мой мозг так настойчиво орет слово «ПРАВДА!». Он уже сам решил для себя во что верить, в независимости оттого, как сильно я пытаюсь себя разубедить. Мне нужно больше информации, я свихнусь, если не сложу этот пазл. Как было бы проще, раскрой мне Мишель всю правду.

* * *

На следующий день все по-старому. Принимаю пациентов, разговариваю с ними, улыбаюсь и проявляю сострадание. Выписываю рецепты, делаю назначения на анализы и обследования. МРТ. КТ. Все собралось в кучу, действую на автопилоте, пока мысли возвращаются к той статье, которую прочитал вчера.

От Мэйсона ни весточки. Видимо, он еще ничего не нарыл. Вполне возможно, что у него ничего не получится. За эти два года он предоставил мне все, что только можно. Но ведь каким-то же образом он наткнулся на эту статью, верно? Значит, определенно, есть что-то еще, что мы пропустили.

Мне так хочется позвонить Мишель. Узнать, как у нее дела, послушать ее голос. Даже неважно, что она будет говорить, ей разрешено нести чушь, пусть только не смеет замолкать. Я бы пригласил ее куда-нибудь сегодня. На улице прошелся ливень, земля свежая, а небо укрыто пеленой из густых туч. Было бы славно погулять с ней в такую погоду, не задыхаясь от удушающей жары и, может, держась за руки. Трогать ее пальцы так прекрасно, никогда не забуду эти ощущения.