Вы не можете быть вместе, Миша, очнись! Он старше тебя на огромное количество лет!

Но он такой высокий, большой и сильный… Я не могу этому противиться, как бы греховно ни было мое желание. Если бы мы были вместе, я бы чувствовала себя за ним, как за каменной стеной. Он может закрыть меня всем своим телом. На сколько размеров я меньше него? А его рост? Оуэн невероятно высокий, с учетом того, что я не самая низкая девушка. Какой же он сладкий…

Так, все, нужно брать себя в руки, извращенка!

Сжав губы, я сажусь на край кресла, зажав ладони между бедер. Конечно же, от Джексона не укрылось то, как я напряжена и, когда смотрю на него, мне кажется, я вижу, как он сдерживает ухмылку. Он же не умеет читать мысли, да? Быть такого не может. Так стыдно. В моей голове Оуэн ходит по этому кабинету абсолютно голый.

Моим щекам становится невыносимо горячо. Я краснею, и от этого осознание мои глаза расширяются. Да какого со мной творится-то?

Доктор подходит к кулеру и, налив в прозрачный стаканчик воды, встает передо мной, протягивая его.

— Кажется, вам жарко? Мой кондиционер работает почти на всю, но я могу снизить температуру, если это необходимо, — своим голосом с хрипотцой произносит он.

От его слов я лишь краснею сильнее, потому что мужчина явно понимает, что я смущена. У него в кабинете настоящий холодильник, здесь нисколечко не жарко.

— Все в порядке, спасибо за заботу, — пытаюсь улыбнуться я, осушив стакан в несколько больших глотков.

Оуэн снова принялся за формальности, что лишь подтверждает его серьезные намерения. Быть может, он в самом деле собирается стать для меня хорошим врачом и не более того. Однако, если я снова услышу «миссис Баум», то сгорю окончательно. Пусть обращается на «вы» если хочет, но только при условии, что будет использовать мое имя.

Может, стоит задуматься о том, чтобы сменить документы и вернуть свою девичью фамилию? Нет, точно нет, иначе родители, — и мои, и Бенджамина, — три шкуры с меня спустят.

Оуэн обходит стол и садится на свое место, выжидающе смотря на меня. Ждет, когда я начну говорить? Будь я у другого психотерапевта, пойдя к нему именно с желанием вылечить себя, с чего бы начала диалог?

Выбросив стаканчик в мусорку под столом, заставляю себя расслабиться и поглубже усаживаюсь в кресле, положив руки на подлокотники.

— Вам нужно время, чтобы начать? — спрашивает Оуэн и я киваю. — Не обязательно думать, что говорить. Просто… говорите.

— Мой муж умер полгода назад. Мы были… крепкой семьей, — я сразу же морщусь после этих слов.

— Миша, можно кое-что сказать? — я не отвечаю, ожидая. — Вы можете доверять мне. Вам не нужно лгать или думать о том, что было бы правильным сказать, ладно? Я не тот, кто вас осудит или вынесет информацию за пределы этого кабинета. Скажите, ваши отношения с Бенджамином ухудшились сразу после свадьбы или позже?