По-моему, Оуэн стал еще более красивым, чем два года назад. Может, ему стоит напомнить, что люди стареют, а не, наоборот, становятся краше с каждым годом? От кого ему вообще досталась такая невероятная внешность?

Мы так и будем играть в молчанку? Я понятия не имею, что говорить и с чего начать. Возможно, стоило протрезветь, прежде чем просить Джека записать меня на прием, эти несколько бокалов шампанского явно ударили мне в голову.

— Значит, Оуэн Джексон, — тихо говорю я, рассматривая свой новый маникюр.

— Значит, Мишель Баум, — произносит он в ответ.

Мы пересекаемся взглядами, но я не могу смотреть на него слишком долго. Мне почему-то чертовски неловко. Это странно, потому что он видел меня абсолютно голой, и не просто обнаженной, а во всех мыслимых и немыслимых позах. Нужно взять себя в руки, у меня нет ни одной причины для смущения.

Перед Оуэном лежит мое личное дело, которое он уже просмотрел, и мне безумно хочется узнать, что он думает по поводу нашей разницы в возрасте, обратил ли он вообще на нее внимание.

Я смотрю на виднеющееся из-за халата поло, красиво обтягивающее его грудные мышцы и открывая вид на сильную шею. Мужчина гладко выбрит, а эти очки для зрения просто невероятные. Нет, нет и нет. Быть таким сексуальным точно незаконно. Я больше сюда не приду. Это было ошибкой.

Вдруг Оуэн поднимается со своего места и, обойдя стол, садится на кресло напротив меня. Он так близко, что наши колени соприкасаются. Я чувствую потрясающий запах его парфюма, ощущаю тепло, исходящее от его огромного тела. Мне хочется прижаться к нему, уткнуться в его шею, пока в голове полный беспорядок, состоящий из картинок нашей ночи. Мои бедра сжимаются от воспоминаний, как этот мужчина поклонялся моему телу, и я бесспорно хочу еще.

Интересно, как он отреагирует, если я вдруг поднимусь прямо сейчас и сяду ему на колени? Если начну целовать и, может, раздевать? Займемся ли мы сексом на его рабочем столе? Черт, надо успокоиться. Я безумна, но не настолько. Нужно вести себя, как цивильный человек.

— Миссис Баум, — зовет меня Оуэн и я поднимаю голову. — Я чувствую, что вам некомфортно. Позвольте сказать, что, несмотря на то, какое прошлое нас связывает, сейчас вы в первую очередь мой пациент, и я не хочу, чтобы вы были смущены.

Это… странно. Я о том, что он обращается ко мне так формально. Мои брови хмурятся, и я не понимаю, как на это реагировать. Облизываю пересохшие губы, замечая, как взгляд доктора быстро опускается на мой язык и, вроде бы, он даже тяжело сглатывает, но я слишком возбуждена от его присутствия и могу воспринимать желанное за действительное.