— Традиционный танец молодых!
Он стучит по полу длинной палкой со сверкающим навершием, и по залу струится полупрозрачная радужная магия. Арка же медленно гаснет, и нечто сияющее внутри неё, вскоре полностью исчезает. Звучит красивая музыка, а я всё смотрю на эмэра. В ответ он выжидающе глядит на меня. Не выдержав, шепчу:
— Мы уже танцуем или ещё нет?
— Ещё нет, — так же тихо отвечает он и показывает взглядом на арку: — Если ты проходила через неё, то сможешь танцевать в этом платье. В этом суть церемонии Соединений судеб.
Вот так подстава!
Каждый актёр когда-нибудь испытывал самый кошмарный ужас — забывал слова. Вроде всё помнишь, ведь зубрил не раз и не два, но стоит одному вредному слову выпасть из плавного течения диалога, и наступает ступор. Стена. Трындец. Финита ля кончита!
Кто-то в такие моменты начинает импровизировать, кто-то не в силах преодолеть шок и подпадает под транс зрительского внимания и жалящих софитов. Я принадлежу к первым и, когда случалось страшное, могла и спеть, и станцевать, и выдать экспромтом четверостишие.
Но сейчас, с ужасом глядя в глаза короля, чувствую себя абсолютно бессильной. Танцевать не в состоянии. Спеть? Стихи? В голове пусто, как в холодильнике за три дня до зарплаты! А Его Величество уже щурится, явно подозревая что-то.
Магия? Чем мне поможет ещё одна остановка времени? Я лишь отсрочу разоблачение, и только. И тогда привет палач и прощай второй шанс на жизнь! От перспективы меня бросает в жар, и кажется, что ноги отрываются от земли…
Стоять! Не кажется, а так и есть. Я немного приподнимаюсь над повозкой и не могу поверить происходящему. Как так? Я же обогнула арку! Может, она действует даже в таком случае?
— Танцуй быстрее, — слышу напряжённый голосок Эллеш. — Долго я тебя не удержу!
Задерживаю дыхание и с изумлением смотрю на эмэра. Малышка может поднять не только кота, но даже меня в этом жутко-тяжёлом подвенечном платье? Вот это талант! Но сколько времени она так продержится?
Нетерпеливо тяну Вурфа за руку:
— Что застыли? Давайте же танцевать!
Он тут же делает шаг, приближаясь вплотную, и кладёт ладонь мне на талию… Предполагаю, что так, поскольку через слои ткани и золотую вышивку ничего не чувствую. Мы кружимся по залу, а придворные любуются нами. Видимо, многие прониклись тем, что арка пропустила осселинку, потому что я больше не слышу в свой адрес проклятия и обидные прозвища.
Когда мы завершаем круг, то церемониймейстер стучит по полу, объявляя всеобщий танец, и вокруг становится тесно от других пар. Я шепчу эмэру:
— Умоляю, давайте прямо сейчас же вернёмся к повозке.