Старательно припомнив все, к чему прикасался, я на всякий случай обтер подоконник и дверную ручку, дабы не оставлять своих «пальчиков». Затем я натянул на ладонь рукав куртки, взвел пружину старого автоматического замка и захлопнул за собой дверь. Запертое изнутри жилище и маргинальный образ жизни папаши должны вернее натолкнуть полицию на версию о суициде, нежели остальные обстоятельства.

Я торопливо сбегал по ступенькам, норовя как можно скорее убраться из подъезда. В соседских квартирах царила полная тишина, которую не тревожил ни единый шорох. Только на втором этаже до меня донеслись отзвуки чьей-то вялой гулянки и раскаты пьяного смеха. Пока все указывало на то, что я для местных жителей остался незамеченным гостем. А о том, что буду делать, если меня все-таки кто-нибудь увидит, я предпочитал пока не задумываться…

Но, как часто происходит, судьба решила в очередной раз испытать меня на прочность. Практически у самого выхода, когда до заветной свободы оставался всего один лестничный пролет, я услышал, как хлопает подъездная дверь.

— Я те отвечаю, это с пятого этажа сиганул бухарь! — разобрал я чей-то довольно молодой голос. — Там единственная фрамуга нараспашку!

— Да и хрен бы с ним! — вторил ему другой. — На кой ляд мы туда тащимся?

— Ты чё, не шаришь? Там же в хате всякой шняги надыбать можно. Телек или мобилка точно завалялись.

От накатившей досады я крепко стиснул челюсти, едва не ломая зубы. Сука, ну как же не вовремя! Мимо этих некстати пожаловавших граждан незаметным я точно не проскользну. Да и назад бежать смысла нет. Судя по обрывку их диалога, они вознамерились проверить квартиры на пятом этаже. А в хрущевке выше только крыша, да вот не факт, что чердак будет открыт. Светить лицом мне ни перед кем нельзя, а значит, остается лишь один выход…

Дар внутри меня воспрял и расправил сумрачные крылья, недвусмысленно намекая, каким именно способом можно разрешить сложившуюся ситуацию. Но я затолкал его кровожадные посулы так далеко, как только смог.

— Не, ну а если в хате кто-то еще есть? — продолжал допытывать невидимый мне собеседник своего идейного вдохновителя.

— Да никого там нет, я те грю! Иначе б уже давно кипишевали!

Пока неизвестные стервятники поднимались вверх, мне пришлось, опережая их, метнуться на второй этаж. Там я схватился за округлые бока сияющей лампочки и крутанул ее в патроне, и она погасла уже на первой трети оборота, погружая лестничную клетку в темноту.

— А если они просто спят?

— Ну тогда сделаем вид, что тупо пришли им рассказать о том, что их папка, сват, кум, брат в окошко выпилился! Чё ты паришься? Ничем не рискуем.