— Мы это прекрасно понимаем, — горестно вздохнула Нина, — но ведь не можем же мы вернуться с пустыми руками! Не для того мы проделали такой долгий и сложный путь!

— Когда я говорил с польским генералом, который меня подбивал на эту вашу халтуру, — пропустил Изюм ее слова мимо ушей, — то он сказал, что вы планируете обыскать катакомбы. Мое мнение, что если где-то и осталась информация, то там. Пусть не в книгах или свитках, но в памяти умерших. Поэтому я предлагаю вам не страдать херней, а спускаться под землю.

— Наверное, так будет лучше… ты как думаешь, Каспер? — вопросительно взглянула Янковская на своего товарища.

— Боюсь, что русский прав, — кисло буркнул некробиолог. — Наверху нас определенно обставили. У здешних грабителей было больше десятка лет, чтобы утащить из Ватикана каждый гвоздь. Что уж говорить о рукописях и манускриптах…

— Ну вот и здо́рово! — подытожил Изюм. — Тогда быстро позатыкали свои фонтаны, и спать. Завтра подниму вас засветло.

— Та-а-ак… еще один спуск должен быть сразу за этой галереей, — поделился со спутниками Каспер, внимательно изучая на экране планшета карту.

— Постойте тут, я на разведку, — оттеснил поляка плечом Макс и смело двинулся в указанном направлении.

Ученые замерли в нетерпеливом ожидании его возвращения, а Янковская даже суеверно сжала кулачки, мечтая о том, чтобы на этот раз им улыбнулась удача…

— Облом! — прозвучал из темноты голос проводника. — Тут тоже завал. Кто-то обрушил проход взрывчаткой, причем, с большим знанием дела.

— Да чтоб вы сдохли! — раздраженно выкрикнула Нина и со всей силы пнула стену, заслужив слегка испуганный взгляд от коллеги.

— На совпадение уже не похоже, — сообщил спецназовец о своих подозрениях. — Мы проверили три входа в подземелья, и все взорваны. Плюс, сожженная библиотека. Ставлю пачку папирос, вы не первые пришли сюда за информацией. И тот, кто успел раньше, постарался сделать так, чтобы никому она больше не досталась.

— Проклятье! Если ты прав, то это тупик! — в сердцах махнул планшетом Каспер.

— Не ссы, — покровительственно хлопнул его Изюм по наплечнику. — Дай-ка сюда мне эту хреновину, погляжу, что там за чертежи у тебя.

Отобрав у некробиолога электронное устройство, Макс погрузился в изучение карт, планов и проекций, закачанных в память. Первые минут десять спутники с огоньком трепетной надежды смотрели за его манипуляциями и вздрагивали при каждом задумчивом «Хм-м-м…» Затем еще полчаса Нина и Каспер нетерпеливо мельтешили вокруг проводника, дожидаясь, когда же он закончит. Но и это им вскоре надоело, так что поляки просто расселись на ступеньках, негромко обсуждая друг с другом сложившуюся ситуацию.